Навстречу счастью

Он даже предложил бывшей жене немалую сумму отступных, но женщина была непреклонна: пятьдесят процентов, и точка. Похоже, кто-то очень неплохо разъяснил ей ее права, да и нанятые адвокаты не одну собаку съели на бракоразводных процессах. Алексей же, в отличие от Лиды, защитника себе пока так и не выбрал.

— И что ты так разволновался? Половина акций в любом случае останется у тебя, а своему делу ты не дашь пропасть. Да и не собираюсь я никуда вмешиваться, работай себе на здоровье! — спокойно заявила Лида. — По сути ничего не изменится. Кроме распределения прибыли, конечно.

— Ну, предположим, ни один суд не отдаст тебе всего, на что ты претендуешь, — после долгой паузы, во время которой ему удалось взять себя в руки, медленно произнес Алексей. — Во всех учредительных документах значится пункт, согласно которому новый человек не может войти в состав учредителей без согласия остальных сторон. И такого согласия не будет, поверь мне. К тому же ты ни дня не работала, детей у нас с тобой нет, третий год живем раздельно и этому есть немало свидетелей.

— Да, чуть не забыла: за эти три года тебе придется выплатить мне денежное содержание, — добавила Лида заученной фразой. — Никаких документов, подтверждающих передачу денег, у тебя нет."

"— И на что же ты жила все это время? — насмешливо спросил он, ничуть не удивившись очередной наглости.

— Сдавала в ломбард драгоценности!

— Нажитые непосильным трудом?

— По наследству достались.

— Ну что ж… В таком случае это наша последняя встреча, — встал он с кресла. — Если ты выбрала войну, я принимаю твой вызов.

— Только не пытайся отправить меня на тот свет! — вдруг угрожающе повысила голос Лида.

По всей видимости, именно таким — немногословным и уравновешенным — она боялась Алексея больше всего. Слишком хорошо знала, какой вулкан, готовый проснуться в любую минуту, прячется за показным спокойствием.

— Это не в моих правилах, — подошел он к двери. — Гораздо приятнее видеть морально сломленного соперника. А вот тебе, как я понимаю, сладка любая месть… Смотри, не захлебнись в ней. И своему доброжелателю передай… — пристально посмотрел он на нее и вдруг улыбнулся: — Хотя ничего не надо передавать: я с ним сам разберусь. Прощай.

— Встретимся в суде!

Быстро сбежав по лестнице, Радченко сел рядом с Черновым на переднее сиденье автомобиля, что означало: предстоит серьезный разговор. Кушнеров собирался вылететь в Москву лишь на следующей неделе, а ситуация принимала угрожающий характер. Ни с кем из так называемых доверенных лиц Алексей до сих пор не поделился проблемой с разводом, и ему срочно нужны были союзники. Владимир был первым, кого Радченко исключил из числа подозреваемых.