Право на счастье

И снова тишина. Да… что-то нынче не ладится у нас разговор.

— Я заметил, что ты больше не носишь родовое кольцо, — произнес наконец Савард. — Объяснишь, как ты его сняла? Нет? Хорошо, сам узнаю. Но скажи… просто скажи, Кэти, почему ты бросила меня? Или твои ласки, поцелуи, объятия, искренний смех и пронзительная нежность, то, что ты шептала ночами, — всего лишь лицемерие и ложь? Красивая игра с непонятной мне целью?

Встретилась с ним глазами и на миг задохнулась — таким горячим и жаждущим был его взгляд.

— Я люблю тебя, — сказала просто и прямо. — Люблю, именно поэтому и ушла. Не уверена, поймешь ли ты, знакомо ли вообще высокородным это чувство, но на Земле любить — значит разделить на двоих жизнь. Всю, целиком, а не только постель. Ты же не готов дать мне ничего, кроме страсти. Ни своей верности, ни детей, ни свободы. Я никогда не смогла бы делить тебя с другими, отказаться от ребенка, существовать в золотой клетке женщиной для утех.

— Я не принуждал… — уверенно начал Савард.

— Знаю, — прервала мягко, — ты был добр, внимателен, заботлив и ласков. Но все равно оставался господином и повелителем. Хозяином. — Печально улыбнулась. — У тебя своя судьба и долг перед империей, я не ждала, что ты откажешься от всего ради меня. Но и ты не требуй невозможного."

"Так мучительно хотелось дотронуться, погладить, ощутить под ладонями упругую гладкую кожу. Кончики пальцев закололо от жажды прикосновений. Протянула руку и медленно провела в нескольких сантиметрах от его лица, очерчивая абрис. Сиятельный втянул воздух сквозь стиснутые зубы, закрыл глаза и замер.

— Мы слишком разные, Вард… слишком. Самое лучшее в нашей ситуации — поскорее забыть друг друга. — Я сама не верила в то, что говорю. Как я забуду его? Ну как? Разве это вообще возможно? — Воспользуйся подсказкой и кровью, освободись от меня. Найди себе жену, выбери другую наиду — вот хоть Эонору, она же тебе нравилась, я видела, как вы целовались. — Я не ревную… нет… не ревную… — А я постараюсь найти дорогу в свой мир или затеряюсь где-нибудь в укромном уголке Эргора. Но лучше, конечно, домой. Ты не представляешь, как мне надоели ваши нелепые законы и правила, как раздражает поведение высокородных, которые считают, что им все позволено. Один принуждает девушку к сожительству, другой без спросу хватает за лицо и за волосы…

— Что?! — Я прикусила свой не в меру болтливый язык, но было уже поздно. Лицо сиятельного побелело, задумчиво-сосредоточенное выражение мгновенно сменилось гневной гримасой, а глаза стремительно потемнели и угрожающе сузились. — Кто посмел?

— Никто, — попробовала откреститься от всего и сразу. — Это я так, для примера…

Но попытка оправдаться бесславно провалилась.