Краденое счастье

Если бы не его антисемитизм, Фрида, благополучно защитившись, так бы и осталась на кафедре вечной ученицей, проводя за год столько наркозов, сколько она тут давала за смену.

Возможно, ей даже удалось бы убедить себя, что работа на кафедре чрезвычайно важна и необходима человечеству, но когда Фриде приходилось пропускать дни из-за болезни отца, это оставалось незамеченным и несущественным для производственного процесса, а здесь попробуй не выйди на смену! Сразу вся больница окажется парализована!

Попав в адский котел под названием «центральная районная больница» и проварившись там как следует, Фрида перестала считать свою диссертацию новаторской. Конечно, с защиты ее снимать не стоило, но, ей-богу, это был детский лепет по сравнению с тем, что она могла бы написать теперь!

Она потихоньку переосмысляла свое исследование, находила в нем слабые места и начала собирать новый практический материал, в котором недостатка не ощущалось. «До нового года родится идея, – решила девушка, – а там оформлю соискательство и в конце концов стану кандидатом наук! Так даже лучше, будет у меня не мертворожденная вымученная диссертация ради диссертации, а нормальная работа. Попозже, но поинтереснее».

Зная, что не умеет сходиться с людьми, Фрида старалась держаться с коллегами вежливо, но холодновато. Пусть не получится дружбы, зато никто не сможет высмеивать или предать. «Возможно, они надо мной и ржут, – думала самокритичная девушка, – но я, к счастью, об этом не знаю».

Увлеченному человеку работа обычно только прибавляет сил, но сегодняшние сутки побили все рекорды. В результате несчастного случая на стройке поступило сразу восемь человек в тяжелом состоянии, и пришлось сильно постараться, чтобы всех спасти. Из дома вызвали второго хирурга, травматолога и операционную сестру, а анестезиолога найти не смогли. Наверное, наученные горьким опытом, они просто не отвечали на звонки из приемного отделения, и Фрида не могла их за это порицать.

Когда работаешь в режиме «сутки через сутки», редко «сутки через двое», хочется провести выходной с семьей, а не возвращаться на любимую службу, с которой только что ушел, тем более если знаешь, что за целый день напряженного труда тебе заплатят максимум двести рублей. И хоть Фриде пришлось давать два сложных наркоза параллельно (что в принципе запрещено), и тут же проводить реанимационные мероприятия, и делать назначения, она не сердилась на коллег, за плечами которых было по двадцать лет изматывающей и неблагодарной работы.