Краденое счастье

Моя кожа покрывается мурашками и приподняв голову я понимаю насколько мое лицо близко к его лицу.

— Я хочу спуститься вниз.

— Уже поздно спускаться. Ты на самом верху. Только прыгать вниз…, - усмехнулся своей невыносимой ухмылочкой, — Посмотри, как здесь красиво.

Отрицательно качаю головой. Если посмотрю меня начнет тошнить.

— Я буду держать тебя так крепко, что ты никогда не упадешь…Только не со мной. Клянусь. Ты можешь мне доверять.

И от этих слов дух захватило с такой силой, что я глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь восторга. Никто и никогда не говорил мне ничего подобного.

Повернула голову в сторону и от вида сверкающих внизу огней зарябило перед глазами. И правда красиво. Невероятно красиво.

— Когда смотришь на мир сверху вниз ощущаешь себя всесильным крылатым демоном. Как будто он весь принадлежит тебе. Таня…тебе когда-нибудь дарили целый мир?

Мне? Мне мало чего вообще дарили в этой жизни.

— Это ваш подарок? Весь мир с высоты чертового колеса?

— Я не могу подарить тебе весь мир, но могу пообещать, что в этом мире не будет ничего из того, в чем ты бы могла себе отказать если бы была со мной.

И властно привлек меня к себе. Это было так необузданно дико, так по-мужски, что меня всю пронизало током. Я уже лечу в пропасть. Он сводит меня с ума каждым своим словом. Все тело ломит от невыносимого жара. И нет в этом во всем ничего романтического, ничего воздушно красивого. Меня окатывает какой-то первобытно-примитивной дрожью. Я горю. Каждый миллиметр моего тела обожжен его взглядом и словами.

Взглядом, который скользит по моему лицу, по моей шее, вниз к груди, к тонкому свитеру под которым сильно напряглись соски. Божеее. Это ведь не я сейчас стою в объятиях незнакомца. Не я. Замужняя женщина. Потерявшая всякий стыд, бывшая скромная девочка с косой, у которой муж был первым и единственным, которая никогда не позволяла себе даже думать о других мужчинах стоит в объятиях испанца и хочет, жаждет ощутить на себе все то, что обещают его наглые глаза.

— Я пьяный, Таня. Меня шатает и ведет от тебя, — наклоняется к моему лицу, осматривая всю, сжирая голодным взглядом мои губы, скулы, мои глаза, волосы, а по моим венам пульсирует расплавленная ртуть, Арманд отравляет меня неведомым ядом.

Испанец резко подался вперед и накрыл мои губы своими губами. Жадно, требовательно. Горячо, властно с напором грубым и в то же время искусно соблазнительным от которого мгновенно подкосились ноги. Ненасытно выдохнул мне в рот, терзая мои губы, проникая языком глубже, толкаясь в мой язык, сплетаясь с ним, сцепляясь и лаская, подхватывая мою голову за затылок обеими руками, не давая оторваться от себя.

И он отбирает у меня сейчас все. Контроль, попытки вырваться, шансы на спасения и…право решить хочу ли я этого. Потому что хочу.