Счастье и тайна

И для нас это все привычно и само собой разумеется. Это людям, которые недавно сюда приехали, кажется, что это так интересно, так красиво!

Он сунул мне сверток под мышку.

— Послушай, Кэтрин, мы как раз стоим под омелой! — продолжал он.

Потом обнял меня и быстро поцеловал в губы.

— С Рождеством тебя, Кэтрин, и с Новым годом!

После этого он отступил в сторону и отвесил мне шутливый поклон. Я прошла мимо него, стараясь придать себе как можно более достойный вид, и направилась вверх по лестнице. А он все еще стоял в дверях библиотеки и наблюдал за мной.

Лучше бы было, конечно, если бы он не увидел, что я взяла в библиотеке. Интересно, чувствует ли он, о чем я думаю? Люк беспокоил меня. Я не могла его понять. У меня было ощущение, что ему больше, чем кому-либо не нравилось мое присутствие в этом доме… Ему и Рут — им двоим. Если это проделывали Рут и Люк, конечно, им было легче всего договориться между собой. А то, что Дамарис тогда соврала, говорит только о том, что она сделала это ради Люка.

Добравшись до своей комнаты, я опять забралась в постель и начала изучать план.

Сверху было название: Керклендский монастырь, и дата: 1520. И пока я разглядывала его, знакомая местность будто бы преображалась перед моими глазами: вместо разрушенных стен поднимались целые, и, как по мановению волшебной палочки, появлялись новые крыши взамен старых. Вот здесь — ряд построек, в которых размещалась монастырская община. Она ни от кого не зависела: ничего приобретать со стороны не было надобности — эта община полностью сама себя всем обеспечивала.

Так легко было все это себе представить! Я почувствовала, что хорошо разбираюсь в топографии монастыря. И не потому, что я часто ходила туда, просто мои впечатления были очень живыми и яркими. Центральная башня в нормандском стиле служила хорошим ориентиром. Я вела пальцем по карте: северный и южный неф, святилище, хоры, здания, где собирались члены монашеского ордена, монастырский дортуар. А вот и сводчатая галерея с опорами, где я видела монаха, — она вела к трапезной, пекарням и солодовне. И вот тут мне на глаза попалась надпись: «Вход в подвал».

А если под монастырем были подвалы, то там почти наверняка должны были быть подземные ходы, связывающие их с другими подземными помещениями. В то время такие лабиринты устраивались под монастырями всегда. Я знала об этом, так как читала о наших известных монастырях — таких, как Фаунтенз, Керкстолл и Риволкс. Со все возрастающим волнением я заметила, что подвалы находились с той стороны монастыря, которая была ближе всего к Ревелз.

Я так увлеклась, что даже не слышала, как в дверь постучали, и Рут вошла прежде, чем я успела ее заметить.

Она встала у моей постели — как раз на том месте, где стоял монах.

— С Рождеством тебя, — сказала она.