Маски сброшены

— А кто рискнет? Вреда от храма никакого, — пожала плечами эйта Краст. — Тут ведь самой главной страшилкой были умертвия, а осквернение храма просто фу и гадость. Отстроили для Серой Богини новый дом, а этот приказали забыть.

Они подошли вплотную к статуям.

— Дикки, свежей кровью отсюда пахнет? — спросила Грета.

«Да. Нет. Подожди», муркнул дорф и подкрался ближе к статуям. Он передвигался крошечными шажочками и все равно едва не свалился вниз — вместо мраморных плит под правую переднюю лапу попала прикрытая иллюзией пустота. В этот же момент окружающие узнали, что Дикки прекрасно запомнил все бранные слова, да еще и научился ими виртуозно пользоваться.

«Запах оттуда. Со стороны кажется от каменной женщины, но на самом деле из подвала».

— Наверное, не стоит спрыгивать прямо на жертвенник? — задумчиво протянула Тирна.

— Отчего же? Такие прыткие жертвы должны ошеломить злодея, — нервно пошутила Грета.

— Я бы обрадовался, — пожал плечами некромант. — Попробуем обойти.

«Нор и ходов вокруг храма нет. На два часа дорфьего скока — нет, дальше не искали», отчитался Дикки.

— Если перевести дорфий скок в человечий топ, то это сколько будет? — уточнила Грета.

«Восемь-девять часов».

— Значит, спуск в подвал точно внутри храма, — кивнул сам себе Алистер.

— А он не может владеть телепортом? — спросила Тирна.

Некромант задумчиво пожал плечами и попробовал объяснить:

— Он-то, конечно, может. Но если он владеет телепортом, то почему связался с кровной магией?

— Это как-то взаимосвязано? — поразилась мора Ферхара.

— Как правило, к кровной магии в итоге приходят слабые маги. Если наш противник владеет телепортом, то он сильный маг. И зачем ему тогда рисковать разумом? А уж учитывая, что телепортироваться в компании с кем-либо могут далеко не все телепортисты…

Покивав, Грета уточнила:

— Но ты же предполагаешь, что он дракон?

— Именно поэтому я и считаю, что он не владеет телепортом, — кивнул Алистер и направился в темноту колонн.

— А это-то как взаимосвязано? — хором удивились подруги и поспешили следом за ним.

Между делом, в поисках спуска, Алистер пояснил, что молодые драконы крайне слабые маги. Вся сила уходит на подпитку второго облика и пока не случится первый оборот, можно даже не пытаться замахиваться на телепорты, огненные шары и ледяные стрелы. Может дракон воду в чайнике вскипятить — уже хорошо.

— Так что, скорее всего, это совсем юный идиот посчитавший себя человеком, — подытожил дерр Ферхара. — А ведь мог обрести крылья. Что с вами?

— Не знаю что с Гретой, а я просто представила, что в центре Царлота обретет крылья дракон, который «искренне считает себя человеком». Если легенды не врут, то драконье пламя горит до тех пор, пока не кончится горючее. И потушить его невозможно.