Старый тракт (сборник)

Днем в кабинете Юдина Ячменев, Молчанов и я стояли у карты и строили свои предположения и догадки о том, как будут развертываться события у нас на Востоке.

После обеда с Ив. Ив. пошли на берег реки. На песке пригрелись и уснули. Проснулись от дружного дождя, поливавшего нас.

Вечером в Доме Красной Армии выступал с докладом о советской литературе в годы Великой Отечественной войны.

7 сентября

Монголия. Лежим с Иваном Ивановичем в степи. Устали ужасно. Целый день ходили по подразделениям Н-ской дивизии. Идет отработка тактики наступления. Давно ли отрабатывали только оборону? Приближается наш час!

Степь безбрежна. Небо в барашковых тучках. Вокруг то и дело снуют по проторенным тропкам серые лупоглазые мыши.

Говорили о литературе, вспоминали пережитое. Особенно памятно одно событие.

23 августа 1941 года нас вызвал к себе в кабинет ответственный редактор:

— Срочно отправляйтесь в Политуправление, вы включены в оперативную группу. В ночь отъезд на передовую.

Чуть не бегом кинулись мы в Политуправление. Здесь все уже были в сборе.

— Получено предупреждение Ставки Верховного Главнокомандующего, — сказал дивизионный комиссар В.К. Шманенко, — о возможности выступления Японии в ночь на 25 августа. Все приведено в готовность. Ваша группа должна выехать сегодня в войска, на переднюю линию для обеспечения политической работы.

Из Политуправления побежали на склад. Получили здесь личное оружие, противогазы БС, плащ-палатки, двухсуточный сухой паек.

Ночью, в кромешной тьме выехали спецпоездом на «Маньчжурку».

В районе какой-то станции остановка. Здесь нас разбросали по частям первой линии. И.И. Молчанов поехал в укрепрайон. Меня помчал грузовик на стык трех границ — советской, монгольской, маньчжурской — в артиллерийский полк. На всякий случай простились."

"Незабываема ночь на 25 августа! Провел ее на КП полка. Напряжение невыразимое. Минуты изнурительны. Хочется лишь одного: скорее бы!

Ночь стоит уже по-настоящему осенняя. Свистит ветер, но сквозь этот свист ухо улавливает все посторонние звуки. Вот где-то в тылу полка проехала, поскрипывая песком, автомашина, потом донесся цокот копыт. Беспрерывно попискивает телефон. Из дивизионов и с передовых постов докладывают обстановку.

— Ничего не замечено… Так… Усильте наблюдение… Ничего не замечено… Так… Усильте наблюдение… — Командир полка повторяет слова донесений, чтоб окружившие его столик командиры знали, что происходит.

А ночь между тем течет неостановимо. Взглядываю на часы со светящимся циферблатом: один час 30 минут, два часа тридцать…

Вдруг где-то в тылу раздается взрыв. Командир полка бросает трубку, вытягивается, на темном лице, чуть подсвеченном тусклой лампочкой, недоумение.