Старый тракт (сборник)

Я бросился домой, но по пути заскочил в издательство к И.И. Молчанову-Сибирскому. Его не застал: он уже ушел в военкомат.

Повестка лежала у меня на столе. Жены не оказалось. Она была на занятиях по ПВХО (противовоздушно-химическая оборона) во Дворце пионеров.

Вызвал ее с занятий, сообщил новость. Она не удивилась. Мы ждали этого со дня на день, с часу на час. В газете «Восточно-Сибирская правда» в первые же дни войны было опубликовано коллективное заявление иркутских писателей, объявлявших себя добровольцами Красной Армии.

По дороге в военкомат встретил К. Седых. Он уже возвращался из военкомата.

В военкомате было людно, но все говорили почему-то вполголоса. Тут встретил И.И. Молчанова-Сибирского и И.С. Луговского.

После короткого разговора с работником военкомата мы ушли по домам.

В воскресенье днем вновь ходили в военкомат за получением документов. Со мной была жена. На обратной дороге нас прихватил ливень, и мы пережидали его на парадном крылечке какого-то старого дома.

Уезжали вечером, моросил дождь. Иркутск был уже затемнен, и на станции, в толпе мы с трудом отыскали друг друга.

Вагон наш был забит людьми до отказа. Многие были в изрядном подпитии.

Прощались надолго. Несмотря на разлуку, настроение было возбужденным и, более того, тихо восторженным. По крайней мере так чувствовал я себя.

Ехали убежденные, что война с Японией на Востоке неизбежна, и в самое ближайшее время.

Ехали с мыслью и желанием защищать Родину на востоке, к чему готовились несколько лет.

Прильнув к окнам, долго смотрел сквозь темноту на строения Иркутска, на Ангару, плескавшуюся у колес вагона.

Прошло три года, сколько же еще суждено мне носить шинель?

22 июля

Сегодня исполнилось три года со дня прибытия в Читу.

Очень хорошо помню этот день. Приехали в 9 часов утра. Было ясное, но не жаркое утро.

И.И. Молчанов-Сибирский, как старший нашей команды, построил нас, и мы двинулись по улице города, занесенной местами чистым желтым песком. Где-то вдали грохотал репродуктор, передавая какие-то тревожные вести. Доносились лишь отдельные слова: «упорные бои», «оставили», «продолжают», «сопротивление»…

Днем во дворе редакции газеты «На боевом посту» с нами встретился редактор М.Ф. Мельянцев. Он куда-то торопился, картавя, сказал:"

"— Забайкальский военный округ преобразован в Забайкальский фронт. Все развертывается по фронтовым нормам. И редакция наша также. Будем готовить резервы на Запад и одновременно защищать Восток. Обстановка на границе сложная. Японцы продолжают стягивать силы. — И неожиданно закончил: — Желаю успешной службы!

Под вечер здесь же, во дворе, нам выдали обмундирование. Все было свежее. Пахло залежью и дегтем.

Вечером мылись в бане.