Чистилище Сталинграда. Штрафники, снайперы, спецназ (сборник)

Хотел добавить еще что-нибудь едкое, но раздумал. С комбатом лучше не ссориться. А бой возле барака, кажется, затихает. Отойдя от штаба, он обронил как бы между прочим:

– Да не спешите вы так. Вон пулемет в грязи вязнет.

Штабные подчиненные дружно замедлили шаг, может, и правда без них обойдутся.

Бой, действительно, заканчивался. Придя в себя, Палеха отдавал быстрые команды. Иван Шабанов и еще трое бойцов добрались до дзота и забросали его бутылками с горючей смесью. Просмоленные шпалы горели с ревом, выбрасывая рваные языки пламени. В огне трещали патроны, потом ухнули сразу несколько сдетонировавших гранат, вниз провалилась крыша, подняв сноп искр.

Двое уцелевших немцев кое-как сорвали с себя горящие шинели, но убежать далеко не смогли. Одного уложил выстрелом Максим Быков, во второго стреляли несколько человек сразу. Он упал, попытался подняться и застыл в луже, по краям которой еще не растаял снег.

Орлов оказался прав. Когда он пришел со своей группой, все было кончено.

– Справились, значит, без нас. Вот уж не ожидал, – не скрывая облегчения, брякнул он. – А мы вам «максим» притащили.

Василий Палеха расставлял людей, организуя оборону, не обращая на Орлова внимания. Начальник штаба потоптался, не зная, что делать дальше, увидел у окна мелкого конопатого снайпера, следившего за подходами.

– Наших много погибло, – ответил Быков. – Но фрицев выбили.

– А что, я хуже других? – обиделся Макся. – У меня уже шесть фрицев на счету.

– Построй своих людей, – прервал пустой разговор Палеха. – Сколько вас, штабных?

– Пятеро со мной остаются, остальные пусть возвращаются в штаб. Заберите с собой раненых, а пулемет я у себя оставляю. Боеприпасы и гранаты тоже оставьте здесь… В штабе они не нужны.

– Слишком резво ты командуешь, – начал было Орлов, но Василий Палеха, с перевязанной головой и в прожженной телогрейке, зло сощурился.

– Командиров у меня тоже не хватает. Может, останешься? Немцы, наверняка, скоро атакуют.

– Логунов меня искать будет.

– С ним я договорюсь, – уже открыто издевался над бывшим ротным Палеха.

– Ладно, иди к черту, дописывай свои бумаги.

Никогда в жизни Орлов не чувствовал себя таким униженным, да еще со стороны бывшего подчиненного. Ему безжалостно мстили за высокомерие, пресмыкание перед начальством, непродуманные команды, которые унесли жизни многих бойцов роты.

Глава 5 Охота за минометчиками

Немцы не прекращали наносить удары весь октябрь. Перенимая тактику 62-й армии Василия Чуйкова, они зачастую пытались прорвать оборону штурмовыми группами, с тем, чтобы развить в дальнейшем успех более крупными силами.

Кое-где отдельные вражеские роты и батальоны продвигались вперед, но вскоре останавливались, неся большие потери.