Сборник \

— Ну, вас-то старая власть не обидела? Вы же на хорошем месте работали?

— Служил! Вы разницу понимаете?

— Не очень…

— Служить можно и из-под палки. И по принуждению тоже. А вот работать… Для этого талант нужен! Мое ли это было дело — считать баланс?

— Хм… Кем же вы хотите работать?

— Я умею руководить! Это вы можете понять?

— Могу. Это вроде как наш инженер?

— Инженер… — интерес Немкова ко мне поубавится. — Это мелочи… Вот увидите, я добьюсь многого!

Стукнула дверь, это пришел дядька Хрисанф. Откровенничать при нем гость не стал, взял склянку с мазью, поблагодарил и попрощался.

— Трепло! — коротко резюмировал свое впечатление дядька.

— Чего так?

— Пустозвон — и все дела! Постоянно около немцев крутится. Все ждет, что его бургомистром назначат. Будто у них своих холуев не хватает…

— Что так сразу-то — в бургомистры?

— Гонору у него до хрена. И язык подвешен хорошо. В иное время такие речуганы задвигал…

— А не заложит он меня фрицам?

— Чего?

— Ну, я в смысле — немцам он про меня не расскажет?

— Сиди уж… Я давеча в полицию ходил, тут у нас двое обалдуев теперь полицаями заделались, так и сказал им, что сродственник у меня лежит, спину зашиб. Самогонки им принес, ажно две бутылки! Тьфу! Добро на г…но переводить!"

"Выпить дядька любил…

— И что они на это сказали?

— Да по хрену им все! Что мы с тобой, что немцы — было б чего пожрать да выпить! Один из них за такие привычки уже лет пять отсидел, только перед войной и вышел… Тьфу, прости Господи!

Прошло еще два дня, дядька продолжал свои истязания. Ноги понемногу стали отходить, покалывания в них усилились.

— Добро! — сказал Хрисанф после очередной бани. — Еще чуток — и вставать начнешь! Только не переусердствуй сначала-то, а то жилы сорвешь.

А на следующий день к нам заявились немцы.

Не лично к дядьке во двор, а в деревню.

Сколько их приехало, я не видел. Но во двор к нам их вошло трое. Один сразу же занял позицию у ворот, дабы никто не смылся из проверяемого помещения, а двое вошли в дом. Сопровождал их старый знакомый — Немков.

Предупредительно забегая вперед, он раскрыл перед солдатами двери и отступил в сторону, пропуская их перед собой.

Вошедшие немцы были парнями крепкими, и от них так и перло дурной удалью.

— О, Гельмут, смотри! — ткнул пальцем в сторону дядьки Хрисанфа первый солдат. — Это настоящий деревенский колдун!

— Вилли, ты как всегда преувеличиваешь! Колдунов не бывает!

— Это у вас, в городах. А у нас, в Шварцвальде, и поныне можно встретить таких же, как этот дед.

— И что в нем такого необычного? Старик, каких тут много.

— Местный полицай, — при этих словах Вилли указал на Немкова, — говорит, что тот лечит даже трудных больных.

— И пусть себе лечит, нам же с ними хлопот меньше.