Сборник \

У меня тоже рефлекс сработал — сразу за пистолеты хвататься. Да и из окна, прикрывая мой отход, от всей души долбанул пулемет. Граната, естественно, не взорвалась, да и с какой стати-то? Детонатора в ней не было. Сунув пустые пистолеты в кобуру, я катнулся вперед, на ходу подхватывая собственное вооружение.

ГЛАВА 19

Из воспоминаний подполковника Барсовой Марины Викторовны

Леонов? Так вот кого тут пасли немцы? Но как? Как они сумели вычислить его путь? А он сам? Почему он пришел именно сюда? Значит ли это, что и ребята наши пришли вместе с ним? Хоть бы кто-нибудь один жив остался!

Стоп, это все я буду выяснять после. Когда мы все будем в безопасности. Сейчас не время и не место для умокопания. Работаем, как говорил мне мой первый учитель… Да, вот уж он бы тут точно долго не раздумывал!

Отложив наган, я вытащила из сумки гранату и, вывинтив из нее запал, осторожно извлекла капсюль-детонатор. Так… сейчас он не нужен. Запал на место, гранату в карман.

Как там пулеметчик? На улицу глядит? Глядит, прямо-таки во все глаза. Эх, далековато до него… ножом не достать. А бросать его я так и не научилась пока. Зато стрелять — это я умею.

Чпок!

Немец выгнулся дугой.

Доски в сторону!

Я вскочила на ноги.

Рука пулеметчика потянулась к оружию.

Так ты живой еще?

Чпок!

И от его головы полетели брызги…

Прыжок к окну, взгляд вниз.

У стены сарая, окруженный полукольцом немецких солдат, стоял тот самый дядька с пулеметом, которого я видела на острове…

На секунду я замерла. Что-то подкатило мне к горлу. Он стоял, слегка расставив ноги и чуть наклонившись вперед. Руки были пусты, его оружие — пулемет и СВТ с оптическим прицелом — лежало на земле. СВТ? Такая же была у наших ребят… Значит, они виделись? Где же они?

Сверху я видела расстегнутые кобуры двух (двух!) пистолетов у него на поясе. Было ли оружие там, я не могла отсюда рассмотреть. Но на земле пистолетов не было, а немцы стояли не ближе трех-четырех метров от него. Значит, взять их фрицы еще не могли. Стало быть, оружие у Леонова есть. Надо дать ему возможность воспользоваться им. Отсюда я не видела всех немцев. Кто-то из них вполне мог стоять и под стеной. А следовательно, для меня он недосягаем. Но вполне досягаем для Леонова!

Выдернув чеку, я бросила гранату прямо между ним и немцами. Предупредить его? Но гауптман знает русский язык! Прямо этого сказать я не могу. Но что же делать?

""— …И вот тогда я сказал Ильясу: ""Держи соску!"" Понимаешь? — дядя Саша поворошил в костре палкой.

— Если честно — то нет. Почему соску?"

"— Я намедни его мальчишке пустышку давал. Ильяс и сказал — мол, соска. А я и говорю ему, что соска — это когда в ней молоко. А когда нет ничего — это пустышка.