Сборник \

Чпок! Чпок!

Странно знакомый звук…

Похоже, что и Борг услышал его, стал поворачивать голову…

— Держи соску!

И прямо в центр нашего построения на песок упала дымящаяся граната…

Хлопок капсюля-воспламенителя прозвучал еще в воздухе…

ГЛАВА 18

…Солнце жарило с утра так, будто намеревалось испечь нас заживо. Камни стены за несколько дней жары нагрелись, и прижиматься к ней плечами было вовсе некомфортно. Однако же делать было нечего: вид из окна открывался очень даже неплохой — просматривалась вся улица. Пришлось снять разгрузки и бронежилеты, чтобы подобраться к дому поближе. Теперь мы стояли всего в десяти метрах от него. И что? Хоть в десяти километрах, итог тот же. Не успеть…"

"В доме сидел давно разыскиваемый всеми нами (да и вообще всеми федералами) местный амир — Саид. В принципе, ушлые ребята из контрразведки давно подозревали, что он скрывается где-то в этом селе. Но он был волк стреляный и днем на улицу не вылезал. А ночью в селе его искать было без мазы. Вот и приходилось рассчитывать на изворотливость контрразведчиков. Которые по им одним известным признакам пытались вычислить его убежище. Вот уже несколько раз мы выезжали на адресные проверки. И каждый раз — облом! Нет, один схрон мы нашли-таки. Только был он пуст. Клиент покинул его не так давно, чайник на столе еще не успел окончательно остыть.

Значит, он, скотина, где-то здесь. Не уходит, хотя и может. Что-то держит его в селе. Хотя, откровенно говоря, он умудрился задолбать не только нас. Местные ребята, те, что нам помогали, тоже не испытывают к нему братской любви. Да, единоверец, да, местный. Но крайне жестокий человек, иногда — так совершенно попусту. Так что и местным он тоже нравился далеко не всем. А этот дом…

Только вчера мы в нем пили чай. Хозяин дома, местный участковый Ильяс Ходжаев, с гордостью показывал нам своего маленького сына.

— Смотри, брат, какой он сильный! Как меня за палец хватает! Вот увидишь — вырастет, всех нас за пояс заткнет!

— Ну, к тому времени я уже буду шестидесятилетним стариком, так что и неудивительно.

— Какой старик в шестьдесят лет?! Что ты говоришь? У нас в этом возрасте люди как скалы! Крепкие!

— Так то у вас… А я в Москве живу.

— Так сюда приезжай! Жену бери, детей. Что, хочешь сказать, мы тут дом не найдем? Работы для тебя не найдем?

— Ну уж за работу-то я спокоен… Тут еще пахать — не перепахать…

— Да… — Ильяс несколько погрустнел. — Но так ведь тоже не всегда будет? Ведь правда?

— Ну а для чего ж мы тут тогда все горбатимся?

— И то верно!

Малыш надулся и собрался зареветь.

— Смотри, не нравится ему что-то! Вон как губы надул!

— Ничего-ничего! Вот мы ему сейчас соску дадим…

— Пустышку.

— Что?

— Соска — это когда в ней чего-то есть. А когда она пустая, без еды — то это пустышка.