Сборник \

— Что молчишь, Леонов?

— Так что говорить-то, товарищ капитан?

— Головастый ты мужик, только вот валенком прикидываешься. Зачем это тебе? Я твое личное дело читал, нету там за тобой подобных хитростей. Воевал ты неплохо, почти пять лет в строю, так что и неудивительно. Полно благодарностей, даже и в приказе отмечен был. Что там у тебя с твоим ротным вышло, это дела прошлые, меня не касаются. Сейчас ты здесь, и я должен знать, чего от тебя ждать. По большому счету за медсанбат тебя к награде представлять нужно. Если бы это была обычная рота и был бы ты обыкновенным старшиной. А в данной обстановке — извини, — он развел руками. — Не могу. Сам должен понимать, чай, не мальчик. Но запомню, вы меня знаете. За мной не заржавеет.

— Я все понимаю, товарищ капитан. Если бы не этот дурацкий ""самоход""…

— Что?

— Ну… вылазка эта наша в медсанбат…

А действительно, за каким таким рожном поперся мой персонаж в медсанбат? За спиртом? Сомнительно, не тот он мужик, судя по мнению окружающих. Так тогда зачем? Что он там потерял?

— А-а-а… Да, Леонов, правильно мыслишь. Если бы не эта вылазка, иначе бы все было. А так, одного расстреляли, а другого наградили. Не бывает так. И не поймут меня там, — ткнул он вверх пальцем.

— Понятно.

— Так что будем другого случая ждать. А там я уже и про это вспомню. Понял?

— Так точно, понял, товарищ капитан.

— Ну, так и жди. Скоро уже. И… — он на секунду задумался. — Спасибо тебе за медсанбат. Большое вы дело сделали.

Вернувшись в сарай, я присел в углу. Усталость навалилась на меня, и сейчас хотелось только одного — хоть немного отдохнуть. Да и гимнастерку надо было хоть как-то залатать, не сверкать же дырками на глазах у всех? Поэтому, подремав часок, я поднялся и отыскал во дворе свою кружку с недопитым чаем. Она так и стояла на бревне, никто на нее не позарился. Глотнул чай — получшело! В приподнятом настроении я пошел искать Гогоберидзе. Как я уже понял, он тут исполнял обязанности ротного старшины. Стало быть, все обмундирование — его вотчина.

Выслушав мою просьбу, Гогоберидзе пожал плечами:

— Нету у меня ничего. Сам пойми, тут у нас движение сильное. Одни приходят, других… увозят. Никто еще форму сносить не успел, откуда мне замену брать? На кого выписывать? Все в своей форме приходят и… уходят.

— А каптерка у тебя чем тогда заполнена? Может, там порыть? Глядишь, и найдется что-нибудь? Я ж у тебя не комсоставскую шинель прошу?

— Ты вот что — не лезь в чужие дела! Понял?! А то тут таких резвых уже знаешь сколько было?

— Так какие же это чужие дела? Гимнастерка у меня одна, больше нету. И спина под ней тоже не дядина.

— Тебе каким языком повторять? Или по-другому объяснить?

— А здоровья на объяснялки хватит?

Гогоберидзе посмотрел на меня недобрым взглядом и отвернулся.