Голоса ночи (сборник)

Член семьи, скажешь тоже! Ушла, пришла, вышла замуж, овдовела. Да и семьи давно нет. Остался один я.

– Но ведь она вышла замуж за твоего отца, разве нет?

– Ну и что? Это ее проблемы, и проблемы моего отца. И не говори мне, что они оба невинно пострадали. Эта Маша – та еще штучка. Она всегда пыталась выгородить себя и нашего папашу.

– Ты что, не веришь, что Игорь подстроил всю эту сцену?

– Потому что в этом нет никакого смысла, – отрезал он.

– Как никакого смысла? А ваша тесная квартирка? Игорю было тесно, и он не хотел жениться на провинциалке без своего жилья. А она слишком его любила, чтобы от нее можно было отвязаться просто так. И еще отец ему мешал. И он решил разом устранить эту перенаселенность.

– Какие глупости, – авторитетно ответил Саша. – Бабские глупости.

– Думаешь, она наврала?

– А как же твой отец? Он же действительно послушался Игоря, когда стал к ней приставать? Ему зачем врать?

– Ну и дура ты, прости меня. – Он протер покрасневшие от бессонницы глаза. – Как это «зачем врать»? Ему как-то надо было оправдаться перед нами. Вот он все и придумал, а Маша подхватила и раздула до небес. Оба – невинные жертвы. Да ты сама подумай, на чем все это основывается? На бреде алкоголика?! И хватило же наглости преподнести тебе такую чепуху…

– Это ты меня послушай! – резко перебил он. – Папаша пьет так давно, что у него теперь вместо мозгов дешевый заменитель. Я бы на твоем месте не стал верить ни ему, ни ей. Ну, разве что тебе скучно жить без сплетен.

– Мне не скучно, при моей-то жизни! – возмутилась Анжелика. – Но неужели ты думаешь, что все это – вранье от начала до конца?

– И почему твой отец стал к ней вдруг приставать? До этого он целый год смотрел на нее спокойно. Причина-то была?

– Откуда я знаю? Папаша мог давно ее хотеть и вдруг не вытерпеть. Тем более, по легенде, он был в тот вечер поддатый. Все логично.

– Ну и что тут логичного?! – воскликнула она. – Все равно, отцы не поступают так с невестами своих сыновей.

– Много ты знаешь про отцов, невест и сыновей, – насмешливо ответил он. – Сама еще цыпленок, а туда же – рассуждает.

– Ну, хватит! – вспылила Анжелика. Она ненавидела, когда кто-то пытался называть ее «малявкой», «цыпленком» или «дурочкой». – Я, кажется, не сама все это придумала! И я ей верю!

– Ну и на здоровье, только меня оставь в покое, – лениво ответил он.

– А твоя мама что говорила на этот счет?

– Мама вообще никогда об этом не говорила. С того дня как отец от нас ушел, она даже не вспоминала о нем.

– И ты веришь в это?

– А я думаю, что она только об этом и вспоминала, – вздохнула Анжелика.