Звезда Сарханов

И на ручки к Анситору хотелось… очень! И чтобы жалел и слова говорил разные, ласковые, много! И этого всего хотелось гораздо больше, чем каких-то там разборок с мегагалактической синей дивой. Кстати, о диве! Женщинам Вселенной права вернули, а гаремы не упразднили! Непорядок! Нужно поднять вопрос о их добровольном или вольнонаемном посещении драконьего братства. Совсем без этого никак, мужчины все-таки.

Через десять минут, воскресшая, как птица феникс, я возвращалась в родные пенаты. Подумав о любимом, открыла портал и оказалась прямо перед покоями Лунны и Тизкара, натолкнувшись на Глаю.

– Сенна? – удивилась она моему появлению. – А Глая тут решайт…

– Опять… – простонала я, только ее терзаний мне сейчас не хватало, и понимая, что потом буду жалеть, сказала: – До завтра не решишь – прогоню всех!

– Слая сенна! – скорчила зеленую мордашку Глая и гордо удалилась, шевеля маленькими ножками. Обиделась.

За дверью слышался до боли знакомый голос, и я решила войти. Здесь тоже бушевали нешуточные страсти.

– Я прошу пока по-хорошему! – Муж чеканил каждое произнесенное слово.

– Пока? – закричал Тизкар, закрывая собой испуганную Лунну. – Я сказал тебе, Анситор, она никуда не пойдет. В ее состоянии переходы на большие расстояния вредны. Это я тебе заявляю как врач и как ее пара!

– Тизкар… – закричал в ответ мой Дракон, но осекся, ибо в этот момент появилась я, и они разом обернулись.

Повисла тишина. Все приходили в себя. Тизкар и Лунна выдохнули с облегчением. Анситор, наоборот, напрягся, не зная, что от меня ожидать. Я же переминалась с ноги на ногу, пытаясь отыскать правильные слова. Боевой настрой давно прошел, таскать за синие щупальца было некого, муж смотрел на меня влюбленными глазами, исполнение мечты о ручках и ласковых словах приближалось семимильными шагами. Жизнь наконец-то налаживается. Так и не найдя подходящих слов, я сделала то, что, конечно, не красит женщину, но порой помогает сгладить ситуацию – громко всхлипнула. И тут же оказалась там, где мечтала вот уже…

в общем, долго уже мечтала, – на любимых ручках, прижатая к родной груди, в которую и уткнулась.

– Я же говорил, что найдется твоя пропажа, – улыбнулся Тизкар, обнимая Лунну.

– Извини, – ответил ему муж, – я места себе не нахожу, когда перестаю чувствовать Кэт. Каждый ее поход в Храм – пытка для меня.

– Я только после Обряда понял, что теряли наши предки, отказавшись от него. – Тизкар с любовью взглянул на свою сархану. – Чувствовать свою женщину – это прекрасно, а любить – волшебно.

– Согласен. – И Анситор перенес нас в нашу спальню.

Не спуская меня с рук, он присел на кровать, а я вцепилась в его тунику и спряталась от всего мира. Родные руки начали медленно гладить мои волосы.