28 сантиметров счастья

Теперь в его взгляде просто ледяной ад.

— Ей стало плохо, — комментирует мое лежание на диване маньяк, — увидела кровь в прихожей.

Садаев никак не реагирует. Он продолжает давить на меня взглядом.

— Ладно, пойду, — маньяк произносит это в полной тишине, — мне еще пару дел закончить надо.

— Вали, — внезапно отмирает Рустам. Его преданный цепной пес, пожав плечом, уходит, а я замираю, когда вижу на стене раму от разбитого вхлам зеркала, словно в него долго кулаком долбили. Осколки рассыпаны по полу. В луже крови.

Ледяной ужас поднимается по позвоночнику. И что, маньяк правда думает оставить меня на этого зверя, у которого крыша съехала? Один звонок из лаборатории — и, если мне не повезет, Рустам точно меня убьет. Он уже на пределе. Наверняка он узнал, что та стерва-врач из клиники его обманула не только сегодня, но и восемь месяцев назад. Иначе зачем бы ему разбивать в ярости вещи в доме? Потому что это страшная новость. Просто убийственно ужасная.

Легкий запах спирта доносится до меня — Рустам стирает с руки разводы крови. После вскрывает пачку бинтов, и перематывает руку, медленно, натягивая крепко белую ткань. Он делает это уверенно. Явно не впервые.

— Та врач… — начинаю я осторожно разговор, лишь бы не ожидать чего-то страшного в этой тишине. Я словно рядом с оборванным электрическим кабелем лежу. Воздух такой же напряженный. Просто гудит, — она подтасовала результаты и с твоей бывшей женой?

— Она не бывшая, — медленно отвечает Рустам, и я закусываю от волнения губу, — она просто умерла. Ответ на твой вопрос — да.

Господи. Сердце даже сжимается, хотя, я подозревала такой расклад. Бедная девочка. Насколько же ей было горько и страшно? Мне сложно представить ее чувства в тот момент. Но всего лишь одна ложь — и ее жизнь разрушили. Безжалостно. И жизнь еще нерожденного малыша.

Я смотрю на Садаева. Он разбит этой новостью? Он ведь понимает, что не смог уберечь женщину, которая была с ним. Которая была ему женой и подарила бы вскоре ребенка. Я бы сошла с ума.

— Что ты сделал с этим врачом? — вырывается у меня вопрос и Рустам бросает в мою сторону тяжелый взгляд.

— Ты реально хочешь это узнать? Могу рассказать в подробностях. Тогда родишь раньше времени.

— Нет, — к горлу подступает тошнота, — не стоит.

Я даже не знаю, что страшнее — думать, какой ад испытала его бывшая жена или какой ад он сегодня устроил той девушке. Нет, не девушке… твари. Но все равно меня передергивает.

Закончив с перевязкой, Рустам швыряет обрывки бинтов на столик и подходит ко мне. Как оживший кошмар. Я инстинктивно сжимаюсь, подтягивая коленки едва ли не к подбородку, но Садаев жестом приказывает мне встать.

— Не трогай меня только, ладно? — прошу я, не решаясь это сделать.