"Санта-Барбара". Компиляция. Книги 1-12

В последнее время он часто прибегал к спиртному как способу облегчить отношения с окружающей действительностью.

Правда, нельзя было сказать, что он злоупотребляет горячительными напитками. Однако, это отнюдь не радовало Мэри.

Тем не менее, испытывая к нему глубокие чувства, Мэри закрывала глаза на некоторые недостатки Мейсона. В том числе и на этот.

Мейсон расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и расслабил галстук.

Он отхлебывал виски небольшими глотками, наслаждаясь вкусом знаменитого напитка из Кентукки. В этот момент в комнате зазвонил телефон. Мейсон на мгновение оторвался от стакана:

— Никого нет дома… — не совсем трезвым голосом сказал он.

Телефон, который находился в дальнем углу большой гостиной в доме Мейсона, продолжал настойчиво звонить.

Тогда Мейсон, на ходу допивая виски, направился к столу.

Он прошел мимо широкого дивана на котором лежали кожаные подушки, на ходу включил большую настольную лампу, выполненную в форме круглой китайской вазы с черным шелковым абажуром. Он подошел к столу, на котором помимо телефона, стоял еще серебряный письменный прибор, богато отделанный инкрустацией — прибор достался ему по наследству, и маленький бюст древнегреческого законодателя Солона.

К тому времени, когда Мейсон добрался до стола, телефон успел прозвонить уже добрый десяток раз.

Вместо телефонной трубки Мейсон взял бюст Солона и, приложив его к уху, серьезно сказал:

— Алло. Нет, мистера Кэпвелла нет дома… Значит, он умер сегодня в здании суда… Умер скоропостижно.

Телефон по–прежнему продолжал надрываться, пока Мейсон продолжал изъясняться с маленькой фигуркой античного законодателя.

В этот момент в комнату вошла Мэри. Она с удивлением посмотрела на Мейсона, который, приложив к уху бюст бородатого человека, пытался рассказать о своем отсутствии.

Ее брови удивленно приподнялись, но спустя секунду она поняла, что происходит.

На лице Мэри появилась улыбка. Она направилась к столу, за которым стоял Мейсон, по дороге огибая диван.

— Да, да. Что, не верите? А вот я вам говорю, что скончался. Скоропостижно, но болезненно… Понятно? Очень хорошо. Спасибо, я передам соболезнования родным и близким покойного. Еще раз большое спасибо, я все передам.

Мейсон закончил разговор тем, что поцеловал фигурку в нос и поставил ее на свое место.

— Что ты делаешь? — рассмеялась Мэри.

Пока Мейсон поворачивал к ней уже отяжелевшую от немалой дозы выпитого голову, она подняла трубку телефона.

— Да, я слушаю. Чем я могу вам помочь? Сейчас, одну минутку, — она закрыла микрофон рукой и обратилась к Мейсону. — Это звонят из «Санта–Барбара трибьюн».

Услышав название газеты, Мейсон недовольно замахал перед собой рукой.