На санях

— Братец, а кровать у вас где? Нормальная. В кабинете только начальники секретарш пялят.

Он сглотнул, не ответил.

— Язык проглотил? Не надо, он нам пригодится. Ну, пойдем искать.

Не разжимая пальцев, потянула его за собой. Нелепо семеня, он шел за нею, все не веря, что это происходит на самом деле.

— Тут что у вас?

Мэри заглянула из коридора в соседнюю комнату.

— Спальня… родителей, — с трудом выговорил он.

— О! То что надо! Оскверним ложе, на котором мой папочка вставляет твоей мамочке?

Подвела его к кровати, развернула, толкнула, чтобы упал на спину. Ловко стянула брюки вместе с трусами. Приказала:

— Лежать по стойке смирно!

Сбросила сапоги, спустила из-под юбки колготки.

— Захожу на посадку.

Снова взяла его рукой — Марк замычал. Не спеша уселась — охнул. Начала ритмично двигаться — застонал:

— А…А…А…

Собственный голос доносился словно со стороны.

Электрическая судорога заставила его дернуться, изогнуться, стон перешел в рычание.

Мэри проворно отпрянула.

— Ну ты спринтер. Еле успела соскочить. Ты чего, первый раз в первый класс? Только раззадорил девушку. Еще брат называется.

Оглушенный, ошарашенный, ничего не соображающий, Марк протянул к ней руки.

Отодвинулась.

— Не лапай сестру, кровосмеситель. Кино закончено. Второй серии не будет.

— Почему? — задыхаясь спросил он.

— Потому что надо знать физиологию. Сперматозоиды живут в складках кожи до 24 часов. А я в самой середине цикла. Не хватало мне еще от брата понести. От инцеста рождаются уроды.

Мэри встала с кровати, без стеснения задрала до пояса юбку, стала натягивать колготки, стоя на одной ноге."

"— Продолжим в другой раз. Научу братца Иванушку, как не быть козленочком и нравиться девушкам. — Она уже надевала сапоги. — Маман со дня на день должна уехать в командировку. Визы ждет. Как только отвалит — позвоню. Может, завтра, а может и через неделю. Ровно в девять вечера пасись у телефона. Чтоб мне не объясняться с папашей или твоей мамулей. Пока, братик. Уношу в памяти эту незабываемую картину.

Марк прикрылся обеими ладонями. Она, хихикая, вышла. Через несколько секунд хлопнула дверь.

Произошло! Это произошло! И будет еще! По-настоящему, а то толком не успел ничего понять и почувствовать. Нет, почувствовать-то успел…

Его колотило.

Представлял себе всё иначе. Совсем иначе. Ëлки, я стал мужчиной! У меня было! И никакой это не инцест, просто та же фамилия.

Какая странная, какая непредсказуемая штука жизнь…

Следующие несколько дней, каждый вечер, как бобик к миске, тащился к телефону — схватить трубку первым.

Телефон зазвонил только восемнадцатого, причем в начале десятого, когда Марк уже вышел в коридор. Кинулся назад, пока Рогачов у себя в кабинете не ответил, и громко, на всю квартиру:

— Да? Вас слушают.

— Привет, Максим.