Шлейф сандала

Сердце тут же сжалось от страха. Нет! Только не это!

Единственная угроза исходила от родственников Ольги Дмитриевны. Если они найдут меня, вот тогда случится непоправимое. Нужно быть очень осторожной и очень внимательной.

От дурных мыслей меня отвлекли дела в парикмахерской. К вечеру в ней все сияло белизной! Светлая мебель, аккуратно разложенные в пеналах полотенца и пелерины, сверкающие инструменты и, конечно же, новые шторы на окнах.

- Не узнать… ей Богу не узнать… - вздыхал Тимофей Яковлевич, сидя в кресле. – Аж на слезу пробивает…

- Мне бы одежу новую… чтобы стоял я у дверей и важно говорил: «Пожалуйте в нашу парикмахерскую, господин. Вам кудри завить али плешь прикрыть?». – Прошка мечтательно прищурил хитрые глазки. – Красота-а-а-а…

- Одежу ему! – возмутился дядюшка. – Вот это губу раскатал!

- Нет, нет… а он ведь прав! – поддержала я Прошку. – У нас должен быть достойный вид, чтобы люди понимали, что у нас серьезное заведение, а не дыра какая-то! Я подумаю над нашей одеждой, в которой мы будем работать.

- Истинно говорите, Еленочка Федоровна! – мальчишка расцвел. – У нас не козюльник, а парикмахерская!

______________________

* Морихэй Уэсиба, основатель Айкидо.

Глава 41

Евдокия с Акулиной приготовили шикарный ужин, и мы всей семьей устроились на кухне. Даже Прасковья с Танечкой были здесь. У меня душа радовалась, когда я смотрела на Тимофея Яковлевича. Дядюшка перестал вредничать и вел себя прилично. Даже пытался шутить.

Но серьезную беседу по поводу поведения я со слугами все-таки провела.

- Я хочу поговорить о наших с вами отношениях, - я начала с этих слов, потому что действительно считала, что между нами были дружеские отношения. – Мне не нравится, что порой вы ведете себя очень невежливо, панибратски. Мы с вами можем шутить, можем обсуждать любые вопросы, но при посторонних нужно быть сдержаннее. Иначе чужие люди могут подумать, что вы не уважаете меня. Вы понимаете, о чем я толкую?"

"- Конечно, понимаем, - ответил Селиван, хотя как раз к нему у меня претензий не было. – Некоторым стоит прикусить языки.

Акулина с Прошкой потупили глаза, прекрасно понимая, что в первую очередь это касается именно их.

- Чего молчите? – мужчина отвесил Прошке легкий подзатыльник. – Вы поняли, что вам Елена Федоровна сказала?

- Да поняли, поняли! – мальчишка обиженно надулся. – Слова больше не скажу! Просить станете, а не скажу!

- Ну не дуйся! – засмеялась я. – Ты ведь умный парень.

На этом наш разговор закончился, потому что в дверь парикмахерской громко постучали.

- Кого это в такое время принесло? – удивился Тимофей Яковлевич. – Время уже позднее для стрижки!

- Я открою, – Селиван поднялся и вышел из кухни.

Я последовала за ним, размышляя, кто бы это мог быть.