Самый эльфийский поцелуй

— Почему ты не отвечала? — повелительно спросила Тэлиэль.

— Отдыхала.

— Это не ответ, Катриэль. Впрочем неважно. Немедленно возвращайся в Вечный лес.

— Нет.

По совершенному лицу прошлась некрасивая гримаса, на мгновение исказившая лицо.

— Ты не поняла, Катриэль. Это приказ. И он не обсуждается, — с нажимом повторила она.

— Это вы с отцом не поняли, — тихо, но четко ответила в ответ. Оказывается, спорить с родителями совсем не страшно. Даже с такими грозными и опасными. — Я никуда не поеду. И заставить вы с отцом меня все равно не сможете. Так что даже не старайтесь. Это бесполезно.

Тэлиэль несколько секунд смотрела на меня и только потом произнесла:

— Если ты не подчинишься приказу, мы не сможешь тебе помочь.

«Ага, решила зайти с другого бока. Всё равно не выйдет!»

— А с чего вы взяли, что мне нужна помощь?

— Твои эксперименты слишком далеко зашли, Катриэль. Бастард не остановится. И когда он всё узнает, тебе не поможет даже родовая защита.

Бастард — это Эшфорт.

Я как-то забыла, что он незаконнорожденный.

За что они его так ненавидят? Неужели факт рождения вне брака может вызывать такое отторжение? Или причина в чем-то другом?

Интересно, что бы сказала чета Орэйо, узнай они, что Грею известно намного больше, чем им? И уничтожать меня он точно не собирается.

— С Греем Эшфортом я разберусь сама.

На этот раз судорога, пробежавшая по совершенному лицу родительницы, оказалась сильнее, мощнее и некрасивее.

— Ты называешь бастарда по имени? — прошипела элва, сощурив глаза цвета льда. — С каких это пор, Катриэль? Что происходит? Неужели слухи правдивы?

— Какие слухи? — тут же насторожилась я.

Сомневаюсь, что о наших отношениях с Эшфортом шепчутся в кулуарах королевского замка или в закоулках Вечного леса.

Нет, причина явно в другом. У дрожащих родителей в академии есть чьи-то глазки и очень любопытные ушки.

И кто же на меня стучит?

Киной? Хочет выделиться перед будущей тёщей и тестем? Вполне возможно. Парень на многое был готов, чтобы затащить Катриэль под венец.

Или всё-таки кто-то другой?

Например, ректор Артэо с глазами цвета бутылочного стекла и жгучей неприязнью к моей скромной персоне? Тот самый, которому элва отказала несколько дней  назад, сильно унизив. Вдруг у матушки тоже есть на него какой-нибудь компромат?

Следующей кандидатурой был Люсьен. Этот склизкий червяк мог за деньги сдать собственную мать. Да и отомстить мне ему есть за что.

Ох, Катриэль, что ж ты столько врагов-то нажила? Как в них разобраться?

— Что ты и этот… бастард в последнее время тесно общаетесь, — ответила элва, скривившись так, словно только что целый лимон съела, да еще без сахара.

Да и тон такой словно мы не «общаемся», а прилюдно занимаемся сексом в общественном месте.