Самые темные дороги

 – Как у Тори Бартон.

Его льдисто-голубые глаза встретились с ее глазами.

– Тебе известно, кто она такая?

– Да. Отпечатки ладони и размер обуви как раз подходят для девочки ее возраста. Кроме того, ты сказал, что лыжня от снегохода ведет к границе ранчо Броукен-Бар. Моя рабочая теория состоит в том, что Тори Бартон побывала здесь вместе со своим другом.

Теперь он выглядел обеспокоенным, что привлекло ее интерес.

– Что-нибудь еще? – спросил Эш.

Она смерила его взглядом.

– Взломанный висячий замок. Он лежал вон там. – Она указала место. – И я нашла инструмент, который мог быть использован для взлома. Нельзя доказать, что он не лежал под верстаком, прежде чем эти юнцы не вломились в сарай, но им могли воспользоваться.

Солнце выглянуло из-за холма, и золотистые лучи пробежали по ландшафту, окрашивая все вокруг в мягкие оттенки золотого и желтого и высекая серебристые искры из наледей. Вдали послышался звук работающего двигателя.

Ребекка и Эш смотрели, как темно-синий тягач катится вперед, переваливая через рытвины проселочной дороги.

– Ты не сказал, что у тебя с моим отцом вышла перебранка в «Пончиковом кафе Додда» в день его смерти, – задумчиво сказала Ребекка.

– Почему ты думаешь, что мы поссорились?

– Марси. Она сказала, что вы с ним поцапались. Ты вытащил его на улицу еще до того, как принесли сэндвичи с курицей, и запихнул в свой автомобиль.

– Марси! – Эш тихо выругался.

– Что ты хочешь сказать?

– Я хочу сказать, что силиконовые губки Марси Фоссам готовы выдавать любые помойные сплетни.

Его резкость поразила Ребекку.

– Я не ссорился с Ноем, – жестко сказал он. – Твой отец натыкался на все углы. Я попытался удержать его. Он заявил, чтобы я не лез к нему и шел куда подальше. Ной был пьян в стельку, раздражен, и, наверное, ему нужно было срочно подкрепиться, именно поэтому я с самого начала заказал эти чертовы сэндвичи с курицей. Он вышел на улицу. Поэтому я отменил заказ и поспешил следом, чтобы упаковать его. Он почти сразу заснул в автомобиле и проснулся в гораздо лучшем состоянии.

– В лучшем состоянии, – холодно повторила Ребекка, глядя на маневры тягача перед старым отцовским «сильверадо». – До тех пор, пока он не сунул ствол себе в рот.

– Это Уэс Стил. – Эш представил высокого мужчину около тридцати, который спрыгнул с пассажирского сиденья тягача и подошел к ним. – Уэс, это Бекка Норд, дочь Ноя.

– Ребекка, – поправила она, протянув руку в перчатке.

– Сожалею о вашей утрате. – Уэс пожал ее руку. – Я слышал, что дочь Ноя стала сыщиком? – Он обаятельно улыбнулся. – Ной много, много раз говорил об этом. Он чрезвычайно гордился вами. Я даже гадал, не выдумка ли это, потому что мы ни разу не видели вас.

Ребекка закипала от раздражения.