Самые темные дороги

Ребекка воспользовалась паузой, чтобы опечатать сарай полицейской лентой, оставшейся от Бака после осмотра места пожара.

Яркие цвета, блистающие сугробы и свежий, бодрящий воздух зимнего утра казались нереальными по контрасту с жуткими обугленными руинами бревенчатой хижины, покрытыми толстой ледяной коркой. Высоко в небе кружила хищная птица.

Эш передал Ребекке еще один отрезанный кусок полицейской ленты.

– Спасибо. – Ребекка опустилась на корточки и прикрепила ленту крест-накрест над входом.

– Ты больше не рассматриваешь возможность привлечь Бака, правда? – поинтересовался Эш, наблюдая за Ребеккой.

– Я просто хочу опечатать сарай на тот случай, если потом нам понадобится привлечь группу криминалистов. Я собрала некоторые годные улики, но для суда нам понадобится оформить это официально. Ты можешь освободить вон тот кусок?

Он захрустел по снегу и отрезал еще один кусок ярко-желтой пластиковой ленты, хлопавший на ветру.

– Значит, ты собираешься прыгнуть через голову Бака?

Ребекка вогнала скрепку в деревянную доску, закрепив очередной кусок ленты и неуклюже ворочая пальцами в толстых перчатках.

– Зависит от того, найду ли я достаточно улик, чтобы привлечь к делу группу по расследованию убийств. Впрочем, если это и впрямь убийство, то Бак все равно будет обязан это сделать.

Казалось нелепым даже говорить такое о своем отце. То, что они с Эшем работали здесь вместе, выглядело еще абсурднее.

Сидя на корточках, Ребекка посмотрела на Эша. Его дыхание паром вырывалось изо рта, глаза приобрели льдисто-голубой оттенок. Нордическое наследие. Ребекка сознавала, что в ней снова пробуждается физическое влечение к нему, и это беспокоило ее. Но таков был риск совместной работы с ним в этом расследовании. Ребекке не хотелось снова без памяти влюбляться в Эша Хогена, особенно если окажется, что он скрывает нечто криминальное. Особенно потому, что далеко на востоке Лэнс ждал ее возвращения. Нужно быть осторожной, чтобы снова не обжечься.

Тыльной стороной перчатки она вытерла нос, потекший от холода.

– С учетом того, что ты рассказал мне о Баке, у него возникает явный конфликт интересов.

– А разве у тебя нет конфликта интересов? Ведь Ной – твой отец.

– Я занимаюсь этим неофициально. Пока что. А если я что-то найду, то свяжусь с независимой группой, как и говорила.

Ребекка рывком поднялась на ноги и протянула степлер.

– Какие годные улики ты нашла в сарае? – спросил Эш. – Кроме отпечатков ног на желтой краске?

Ребекка заколебалась, раздумывая, как много она может ему сообщить.

– Отпечатки пальцев, – ответила она и натянула теплую варежку поверх перчатки. – И отпечаток ладони на пролитой краске. Еще пару волос.

– Длинные, темные, с легкой волной. – Ребекка немного помолчала.