Самоходка по прозвищу «Сука». Прямой наводкой по врагу!

И до того точно, сволочи, бьют! Из десяти «тридцатьчетверок» всего три уползли, да и то поврежденные, с пробоинами.

– И не сумели взять эту парочку?

– Почему? Сумели. Батарею гаубиц подогнали и начали фугасами садить. Так, почти наугад, лишь бы с места сдвинуть. А с флангов штук пять «тридцатьчетверок» пустили и мою батарею СУ-122.

– Целое сражение, – покачал головой Тюльков.

– Похоже на то. Пока гаубицы их навесным огнем долбили, танки и самоходки с двух сторон обошли и открыли огонь. Две «тридцатьчетверки» сразу нарвались. Сгорели. Да и толку от их пушек против такой брони! Мои самоходки метров на шестьсот приблизились и начали фугасами садить. Броню не берут, но гусеницу у одного «тигренка» порвали. Второго оглушили – снаряд ведь двадцать килограммов весит. В общем, все вместе добили. Две самоходки сгорели, и еще одну «тридцатьчетверку» хорошо подковали. Из экипажей лишь половина сумели выскочить, все контуженые, обгоревшие. Вот и считай результат – пять машин накрылись, пока два «тигра» взяли, да и артиллеристам на батарее досталось. Я уже не говорю про ту, зевнувшую, роту.

– Повоевали, – только и вздохнул Тюльков. – Но ведь как-то их можно бить?

– С умом. Не рваться, как голый на бабу, а выцеливать с флангов. Не торопиться. Они хоть «тиграми» кличутся, а железяка есть железяка. Высота под три метра. Хороший артиллерист, вроде Пашки Карелина или Захара Чурюмова, выберет нужное расстояние и закатит снаряд в борт под башню или гусеницу сорвет – и сразу в укрытие. Выждет и второй болванкой добьет, если первой мало.

– Учимся помаленьку. У меня один из комбатов артиллерийским наводчиком долго служил. Умел хорошо траекторию рассчитать. Подстерег в одиночку «тигра» и врезал фугас в башню сбоку.

– Нет. Крепкая она у них. К тому же не бронебойной болванкой стрелял. Но погон повредил, башня не ворочается. Вложил еще тройку фугасов, поджег немца. Орден «Отечественной войны» получил, а экипаж – медали. В газетах писали вот, мол, молодцы.

– Молодцы, – подтвердил Тюльков. – А ты что, против?

– Я против того, чтобы из-за какого-то сраного немецкого «панцера» событие делать. Была хорошая пушка ЗИС-2. Помнишь такую? Сняли с вооружения еще до войны, а сейчас наверстывают. А она ведь за километр почти 100-миллиметровую броню берет. Гаубицы против танков на выход. Сильные пушки нужны и снаряды современные. Хотя бы подкалиберные, если с кумулятивными ничего не получается. Оба командира полков торопились по своим делам. Когда поднялись, Цимбал кивнул на одинокую звездочку на погонах Тюлькова.

– Долго они тебя в звании повышают.

– Сам виноват, – признался Тюльков. – У меня машин уже не оставалось, а тут команда – «Полк в наступление!» И начинают ставить задачу. А в наличии всего четыре самоходки.