Самоходка по прозвищу «Сука». Прямой наводкой по врагу!

Приостановился комиссар стрелкового полка:

– У немца снаряды сильные, а у нас душа в пятках. Смелости бы командирам побольше.

Майора подхватил под руку командир самоходно-артиллерийского полка Петр Петрович Цимбал и подтолкнул вперед. Он неплохо знал характер своих самоходчиков. Видел, какой бой пришлось им выдержать, и опасался, что Карелин не оставит без ответа пренебрежительную реплику замполита. Не успел. Павел уже ответил с усмешкой:

– Была бы душа в пятках, мы бы три машины не потеряли и остальные с дырками да вмятинами. Но и фрицам вломили.

– А ты кто, собственно, такой? – остановился замполит. – Реплики в спины старшим офицерам кидает. Главный герой в полку?

Небольшой скандал все же получился. Что-то резкое ответил Павел Карелин, на него закричал майор-замполит. Обернулся командир дивизии, который уже отошел шагов на десять. Прислушался и осадил Карелина:

– Смирно, лейтенант! Ну и дисциплина у вас, товарищ Цимбал. Кто это такой?

– Лейтенант Карелин, заместитель командира батареи. В бою проявил…

– Зато в строю держать себя не умеет. Он что, устав не знает? Мне такие заместители в батареях не нужны.

Спустя час комполка Цимбал, молодой, энергичный майор, ждавший со дня на день очередного звания «подполковник», вернулся. Закурил папиросу, угостил Ивнева, Чурюмова. Павлу Карелину не предложил:

– Ты почему язык держать не умеешь? Или решил меня специально со всем политотделом поссорить. Паникеры, болтуны в полку… В общем, хотели тебя до командира машины в должности понизить. Оставили, учитывая боевые заслуги. Но и повышения не жди.

Капитан Раенко, рассчитывавший, что его все же вернут на прежнюю должность заместителя начальника артиллерии дивизии, тоже подал голос:

– Много берешь на себя, Карелин. Потише, поскромнее надо. Жалобы эти на слабую броню…

Он направлялся в штаб решать вопрос о передаче артиллерийского дивизиона другому командиру. Нес как подарок своему начальству никелированный трофейный «браунинг» и небольшой термос из нержавейки, наполненный коньяком.

В качестве начальника артиллерии мог позволить себе осадить зарвавшегося самоходчика и поставить на место.

– Ты иди, Раенко, по своим делам, – не слишком дружелюбно послал его подальше Цимбал. – Лучше бы пушки получше замаскировал.

– Новый командир этим займется.

И зашагал дальше. Сильные и скорострельные пушки ЗИС-3 имели высокий лафет и щит. Немецкие «семидесятипятки» такой же мощности были гораздо компактнее.

Занятый своими карьерными делами, Раенко, по существу, дивизион бросил, оставив за себя молодого командира батареи. Тот был неплохим артиллеристом, но вырыть в мерзлой земле надежные укрепления не смог.

Расчеты кое-как выдолбили неглубокие капониры, мелкие траншеи для укрытия людей и боеприпасов.