Самоход. «Прощай, Родина!»

Младший лейтенант выглядел довольным.

Тем не менее от батареи им отрываться не следовало. Стоит наткнуться на танки или противотанковые пушки на заминированной и защищенной позиции, как дело будет швах.

Виктор достал из планшета карту, повертел ее. Вокруг – ни одного ориентира, лес.

Однако младшой не унывал:

– Наша земля, как мы можем заблудиться? Выберемся назад по своим следам, и вся недолга!

– Ага, а батарея уже за танками вперед ушла. Получается, отсиживались мы… Нет, будем вперед продвигаться до первой деревушки. У жителей название узнаем, свяжемся со своими.

– Как знаешь. Ты старше, я во всем на тебя полагаюсь.

По грунтовке двигались друг за другом. Еще на остановке Виктор предупредил:

– Если стрелять начну, сразу из-за корпуса моей самоходки в сторону выдвигаешься, огнем поддержишь.

Показалась деревня в два десятка домов.

У первого же дома остановились. Виктор выбрался из машины, подошел к дому и постучал в окно.

Из окна выглянул дед – лицо испуганное; кивнув, он вышел на крыльцо.

– День добрый, дедушка!

Дед, посмотрев по сторонам, подслеповато уставился на самоходки:

– Никак – русские? Звезды вроде на танках?

– Советские! Да не танки у нас, дед – самоходки!

– А по мне все едино! Уезжали бы вы, хлопцы…

– Что-то ты, дед, негостеприимно встречаешь нас, – насторожился Виктор.

– Так в деревне солдаты немецкие! Много, человек двадцать – и при двух грузовиках. Машины большущие, крытые…

– Понял. А как деревня называется, дедушка?

– Да как всегда, Бекетовка.

Виктор подошел к самоходке младшего лейтенанта. На фронте их называли просто – младшой.

Лейтенантик по пояс высунулся из люка.

– Слушай, в деревне немцы при двух грузовиках.

– Тоже мне проблема! Раздавим!

– Тогда не отставай и не зевай.

Виктор залез в рубку своей самоходки и подключился к ТПУ:

– Парни, в деревне немцы и два грузовика в придачу. Надо раздолбать. Заряжай осколочным. Алексей, вперед. Увидишь грузовик – дави.

Обе самоходки рванули вперед.

Они проскочили почти всю деревню, когда увидели на околице два грузовика, да не простые, крытые брезентом, а кунги. Из жесткой крыши торчали высокие антенны, рядом часовой ходит, за плечами – винтовка с примкнутым штыком.

– Влево и на таран! – закричал Виктор.

Часовой самоходки услышал и увидел, но не понял, что они советские. Когда же сообразил, едва успел отпрыгнуть в сторону.

Самоходка ударила стволом в высокий борт, навалилась корпусом. Захрустело рвущееся железо, изнутри понеслись истошные крики.

Рядом прогремел взрыв – это младшой выстрелил из пушки по второй машине.

Виктор всмотрелся в приборы – немцев не было видно. Он открыл люк: оба грузовика – в хлам. Среди исковерканного железа была видна разрушенная радиоаппаратура и мертвые тела в мышиного цвета форме.