Само совершенство. Том 1

К тому времени он уже имел своего первого «Оскара», был прозван гением и «легендой Голливуда, возникающей на наших глазах». У него было состояние в банке, возможность выбирать роли и блестящие перспективы на будущее.

Он доказал всем, что Захарий Бенедикт может выжить и достичь богатства и славы только благодаря собственным талантам и уму. Теперь ему не к чему было стремиться, не за что бороться, и от этого он чувствовал себя странно опустошенным, разочарованным и… обманутым."

"Лишившись четко поставленной цели, Зак попробовал искать утешения в другом. Он строил особняки, покупал яхты и участвовал в автогонках. Он знакомился с прелестнейшими женщинами и спал с ними. Он получал удовольствие от их тел, а иногда даже от общения с ними, но никогда не воспринимал их всерьез, да они этого почти никогда и не требовали. Ведь к тому времени Зак стал чем-то вроде сексуального трофея. Светские дамы охотились за ним, потому что переспать с Захарием Бенедиктом считалось престижным, а актрисы — потому что рассчитывали на его протекцию и влиятельные связи. Подобно большинству суперзвезд и секс-символов он стал заложником собственного успеха. Он не мог сделать ни шагу, чтобы его тотчас не окружила толпа восторженных поклонниц. Женщины совали ему в руку ключи от своих комнат или подкупали портье, чтобы тот впустил их в его номер. Жены продюсеров приглашали его на уик-энд и перебирались из постелей своих мужей в его спальню.

И хотя Зак часто пользовался теми широкими сексуальными и светскими возможностями, которые предоставляло ему его новое положение, где-то в глубине души он оставался немного пуританином, и ему претили все эти наркоманы, лизоблюды, нимфоманки и прочий сброд, превращающий Голливуд в подобие клоаки, которую периодически дезинфицировали и дезодорировали, чтобы не слишком шокировать нежные души обывателей.

Однажды утром он проснулся и понял, что устал. Устал от механического секса, от шумных вечеринок, от неврастенических актрис и честолюбивых старлеток. Та жизнь, которую он вел, теперь не вызывала у него ничего, кроме отвращения.

Он начал искать другой путь самореализации. Нечто такое, что могло бы дать новый стимул для его существования. Работа актера уже не приносила желанного удовлетворения, и Зак решил попробовать себя в режиссуре. Принимая это решение, он ставил на кон не только деньги, но и свою репутацию, рискуя попасть в разряд неудачников. Однако уже сам факт риска оказывал на него стимулирующее воздействие. Зак давно вынашивал идею снять собственный фильм, но теперь это стало его главной и единственной целью. Ирвин Левин — президент «Эмпайр»— долго пытался отговорить его. Он хитрил, увещевал, умолял, но в конце концов уступил, в чем Зак, собственно, и не сомневался.