Самая младшая из принцесс

— За кого вы меня принимаете! — резко развернувшись, почти побежала к двери. За спиной послышались шаги. Финч не собирался отпускать меня и у дверей поймал, схватив за плечи еще до того, как я успела положить руку на дверную ручку. — Отпустите, — с силой передернула плечами, пытаясь сбросить его широкие ладони, при этом понимая, что от их тепла на моем сердце расцветает что-то нежное.

Губы горели от жаркого поцелуя. Кажется, им было мало, и они хотели снова ощутить мужское прикосновение.

— Я вас уже не отпущу, Элиза! — Финч прижался губами к моим волосам. — Выходите за меня, Элиза. Не будем ждать вашего совершеннолетия. Я не хочу терять драгоценные месяцы на то, чтобы соблюдать дистанцию между нами. Я больше не в силах терпеть подобное и следить за тем, как кто-то другой претендует на вас. Я больше не могу не прикасаться к вам. Это настоящая мука!

Он явно намекал на Артура. Значит, опекуна задело предложение наследника престола, сделанное мне на балу. А если задело, то вывод один — он ревнует. Ох, как же это оказалось приятно! Ощущение, по силе сравнимое с нашим первым поцелуем! Внутри все затрепетало. Мне хотелось петь и танцевать. Но я удержалась от столь порочащего леди поведения. Зато мой опекун себе не отказывал ни в чем. В проявлении эмоций он превзошел сам себя.

Лорд Финч развернул меня лицом к себе. Его губы оказались в опасной близости от меня, и я почувствовала, что невольно тянусь к нему навстречу. Тело предательски задрожало, предвкушая новую порцию ласки. Оно стремилось к нему, как и моя душа.

— Вы не сказали самого главного! — заметила я, стараясь смотреть только в серые глаза и ни в коем случае не опускать взгляд на его губы. Это было тяжело.

— Я знаю, чего вы ждете от меня, — произнес сэр Генри.

— Тогда что вам мешает произнести эти слова!

— А разве вы не понимаете без слов то, что я чувствую к вам? — он разжал хватку и мои плечи стали свободными. — Разве вам нужны слова?

Я кивнула."

"— Люди могут лгать. Слова — это просто слова. Я хочу, чтобы вы услышали мое сердце, которое переполнено вами, Элизабет, — он поймал мою руку и положил ее себе на грудь. Под ладонью, даже через ткань одежды, ощущалось сильное биение, под стать тому, что сейчас чувствовала я сама. Наши сердца бились в унисон. — Я был сух с вами, — продолжил опекун, — я был холоден, хотя с первого момента нашей встречи, когда увидел вас здесь, в своем замке, понял, что вы та женщина, которую я хотел бы видеть рядом с собой. А после я следил за вами, и ваш характер, ваша сила духа и чистота только подтвердили мои мысли и надежды. Даже не будь в вас дара, я ни отказался бы от договора, который заключил с вашей матерью, хотя, признаюсь, первое время я пытался вырвать вас из своих мыслей, но ничего не смог поделать.

Меня поразило его признание.