Самая страшная книга 2019

Он будет болтаться на одном из его мерзких волосатых щупалец – точь-в-точь как несчастный котенок, высосанный до капли, пустотелый, слепо тараща пустые глазницы.

Шуршание приблизилось.

В висках пульсировало, легкие разрывало. Остро хотелось выдохнуть и глотнуть еще воздуха, но Кирилл не мог этого сделать. Горло сдавило спазмом, а в грудную клетку словно вбили распорку.

По нише поскребли."

"Кирилл впал в какое-то полуобморочное оцепенение; время растянулось в длинный вязкий – месяц? год? столетие? – перед глазами плавали белые полосы, в ушах шумела кровь. Все тело – за исключением, быть может, век, – онемело, Кирилл не ощущал его и не удивился бы, если б обнаружил, что он уже выпотрошен и насажен до самого мозга на волосатый кол, гнущийся во все стороны в любой своей части.

Что-то шумно вздохнуло – и шуршание стало медленно удаляться.

Кирилл разлепил до боли зажмуренные глаза. Темнота перед ним пульсировала, но это была пустая темнота. В ней не было ничего – и никого.

Шуршание отдалялось вперед, откуда Кирилл когда-то пришел. Или мог прийти – он уже понял, что окончательно и бесповоротно заблудился. Существо, разумеется, ориентировалось в подвале гораздо лучше случайно попадавших туда жертв – и теперь упорно направлялось к открытой двери, нащупывая след по запаху на земле, а может быть, по рассеянным в воздухе феромонам…

К двери! – сердце подскочило в груди, и Кирилл замер. К двери – над которой находится их балкон! А на балконе сидит ничего не подозревающая Марина! Нет, нет, ни в коем случае, этого нельзя допустить!

Кирилл выполз из ниши и начал озираться по сторонам, таращась в вязкую темноту. Не было смысла искать фонарик – вряд ли бы у него это получилось, да и тот, скорее всего, безнадежно испорчен – и самое главное, луч света мог выдать Кирилла… Точно, как же он этого не понял раньше! Он же фактически орал чудовищу: «Эй! Я тут, я совсем рядом!» – только что не расстилал ковровую дорожку…

Кирилл сделал было несколько неуверенных шагов – и остановился. Существо затаилось где-то там и уже, вероятно, поджидает его. Может быть, оно растеклось по узкому проходу между трубами и раскрыло обрамленную костяными выростами пасть – и он зайдет туда, перешагнет через острую пластину, а может быть, и запнется о нее, но будет уже поздно. Совершенно и окончательно поздно…

Нужно вернуть существо сюда. Нужно снова оказаться впереди него. Нужно заставить его ползти. И если оно молчит – то пусть заговорят песок и земля!

Кирилл дернул зубами уже подсохшую корочку на ладони. Кольнуло болью – Кирилл не видел, но ощущал, как на ранке набухает капелька крови.

Он подцепил зубами краешек кожи и рванул вверх и в сторону, разрывая ссадину все сильнее и сильнее, обнажая сосуды, вскрывая капилляры.