Я сделаю это сама

- Есть и пить, ясно? – строго сказала Ульяна. – Там большой котёл ухи, всем хватит. И тем, кто забор разбирал, и тем, кто упокойничков прогонял.

- Раз вы так говорите, милая дама, так и поступим, - поклонился ей генерал.

20. Живём дальше

20. Живём дальше

В помощь Ульяне и Меланье осталась Пелагея, и они живо организовали обед – на улице для работников, в большом зале дома для нас.

- Пойдёмте в дом, там снова так хорошо, что просто загляденье, - смеялась Ульяна.

Я не слишком поверила, что можно быстро сделать хорошо в прокопчённом зале, побежала смотреть, неприлично задрав юбки, но – оказалось, что и вправду там чисто. Пол и стены, потолок и печь, двери и стёкла в окнах – всему вернули правильное, хорошее, чистое состояние, как было до пожара. Не иначе – магией чистили.

- Глянь, Женевьева, принимаешь работу? – усмехнулась та же Ульяна.

- Спасибо, девочки, - прошептала растроганная я. – Я там, понимаете ли, настраиваюсь на то, что снова всё мыть, а они тут уже всё сделали.

- Тебе до того ли сейчас, - отмахнулась Пелагея. – Небось страху-то в подвале натерпелась. Мужики и то выходили белые-белые, даже генерал и полковник, а ты-то не генерал вовсе.

- Ой, нет, не генерал, - вздохнула я, садясь на край лавки.

Вообще надо бы мыть руки, и что там ещё хорошо бы сделать после такой вот встречи – но почему-то совсем не было сил. Рывок в дом отнял последние.

- Смотрите, госпожа, даже скатерть на стол принесли, Пелагея принесла, - показала мне Марьюшка.

И впрямь, хорошая льняная скатерть, одинаковые глиняные миски и чашки, деревянные ложки. Я погладила скатерть кончиком пальца, скатерть никуда не исчезла. Хорошо.

- Женевьева, иди-ка руки мыть, - позвала Дуня со двора.

Пришлось отрывать зад от лавки и идти – потому что надо.

- Помыться бы да переодеться, - бурчал полковник Трюшон."

"Он стащил с себя кожаный колет, и рубаху тоже, и велел окатить его водой из бочки. Я понадеялась, что Дуня нагрела ту воду, потому что солнце хоть ещё и не ушло за горку, но уже не лето, совсем не лето.

- Ничего, наверху переоденешься, - усмехался сидевший тут же на лавке генерал. – Северин, и ты тоже. О, госпожа маркиза. А у вас неплохо получилось, с кипятком-то. Отлично придумали.

- Да не думала я ничего, что вышло, то вышло, и всё, - я подставила руки, Марьюшка щедро полила мне на них.

Мыло, к счастью, было, даже пахло неплохо, травой какой-то.

Я про себя согласилась с полковником – помыться бы. Попросить Пелагею затопить вечером баню. Или – у меня же своя баня есть? Её попробовать? Но там бы тоже помыть сначала. Значит – просить Пелагею. Парни её вечером вернутся – точно мыться захотят, так что, наверное, не проблема.

Привыкай, Женя, привыкай. Мыть руки и посуду – греть воду. Мыться – топить баню. И теперь так всегда.