Сахар на дне

 — Ты сведёшь меня с ума.

Я замираю, выжидая. Что я сказала не так?

Спустя пару мгновений Алексей вновь поднимает взгляд на меня, его глаза горят лихорадочным блеском, а меня пробирает дрожь. Когда он смотрит так, то ничего не остаётся от Яны Фоминой. Она исчезает, растворяется, становится тенью. Он сам поставил нам диагноз — одержимость. И был сотню раз прав.

— Я спрошу ещё раз, ты правда этого хочешь?"

"В ответ я просто киваю и встаю, отхожу на несколько шагов назад. Алексей инстинктивно подаётся за мной. Совсем немного, но это даёт мне дурманящее ощущение, что я тоже влияю на него, что имею власть над этим необузданным огнём по имени Алесей Шевцов.

Атмосфера между нами накаляется, становится тягучей, словно плазма. Дыхание тяжелеет, заставляя грудь вздыматься выше. У обоих. Возбуждение от одних только взглядов…

— Сними платье, — голос у Алексея хриплый.

Я подцепляю пальцами подол трикотажного тёплого платья и тяну его вверх, стаскивая через голову, а потом отбрасываю в сторону. Шумный выдох и, клянусь, скрип зубов, говорит о том, что бельё, подаренное подругой, пришлось Шевцову по вкусу.

— Блядь… — не удерживается Лекс, но я не обижаюсь на грубое слово. Восторг в его глазах компенсирует емкое немногословье.

Делаю шаг вперёд и застываю. Я жду инструкций. Конечно, я понимаю, что именно нужно делать, хоть и в общих чертах, но игра уже началась. Он говорит — я слушаюсь. И будь я проклята, если сама не кайфую от этой игры.

— Встань на колени.

Вздрагиваю. Вот оно. То, что мне снилось, чего я так боялась. Раньше в моих снах это были голоса насильников из сквера, но потом всё изменилось, и я перестала бояться.

Я выполняю. Смотрю на Алексея снизу и тону в мраке его глаз. Потустороння тьма, горящие искры пьянят и затягивают в водоворот.

— Прикоснись.

Я опускаю ладонь на вздыбленную ширинку. Твёрдая эрекция ещё раз убеждает меня в том, что выбор одежды был правильным.

Шевцов помогает мне высвободить себя и впервые за время нашей близости я прикасаюсь к нему. Это волнует и будоражит. Твёрдый как сталь орган покрывает нежная, словно шёлк, кожа. Я обхватываю его ладонью и медленно скольжу. Алексей направляет меня своей рукой. И мне нравится то, что я чувствую под пальцами. Теперь же я понимаю, что означает власть женщины над мужчиной, какова она.

— Открой рот, Яна.

Сухость во рту внезапно проходит. Я размыкаю губы и немного подаюсь вперёд. Он меня не вынуждает, я сама хочу.

На вкус он необычный. Приятный и очень нежный. Поначалу я действую несмело, прислушиваясь к реакции. Судорожные вздохи подтверждают, что я иду в нужном направлении. Это придаёт смелости.

Вскоре Алексей запускает пальцы мне волосы, немного сжимает их и сам начинает толкаться навстречу. Так сложнее, но я готова учится.