Сады пяти стремлений

– Думаю, они с другого континента прилетели, – понизил голос Грубый. – А сначала тайно договорились с фага, что поддержат их.

– Зачем?

– Чтобы фага точно на нас напали.

– Зачем?

– Затем, что, когда фага с нами сцепятся, все ослабеют и эти, с другого континента, возьмут Траймонго голыми руками.

– Ерунда! – Косой, которому категорически не шли толковые карты, бросил их на стол и покачал головой: – Если они такие умные, то им вообще показываться не надо было до конца войны.

– Фага могли и не напасть.

– Все знают, что Наамар чокнутый и мечтает перебить всех людей. Он бы напал.

– Это мы знаем, – продолжил стоять на своём Косой. – А этим, с другого континента, откуда знать? Вот они и сговорились с фага, кто знает, что у них там на севере творится…

– Мне можно сказать? – подал голос ИХ.

– Нет, – отрезал Грубый.

– Нет, – поддержал напарника Косой.

– Почему? – изумился Бабарский.

– А зачем?

– А если я скажу нечто такое, что заставит вас изменить свои взгляды на мир?

Бандиты переглянулись, после чего Косой рассмеялся:

– Если ты хочешь снова предложить нам денег, то напрасно: за тебя дают сто тысяч золотом, понимаешь? Не бумажками, а золотом. Поэтому чтобы ты ни сказал – нам плевать.

– А если продолжишь бубнить – я тебе врежу, – добавил Грубый.

– Меня нельзя бить, – напомнил суперкарго.

– Ты должен быть живым, – уточнил бандит. – Но ты и останешься живым, только получишься немного побитым, но это с каждым может случиться. Понимаешь?

– Да.

– Вот и молодец.

Низенький и кругленький Бабарский едва доходил Косому до подбородка, а Грубому до плеча и потому не стал спорить.

А говоря откровенно – не успел поспорить, потому что в коридоре послышались шаги, дверь скрипнула, Грубый подскочил, выключил радио, и через секунду в комнату вошли двое: когда-то плотный, мускулистый, а теперь просто толстый человек и высокий, худощавый спорки, которых, как давно понял Бабарский, на Траймонго называли фага, – абсолютно лысый мужчина с голубоватой кожей и бугристой, словно под кожу натолкали металлических шариков, головой. Он был в штатском, но по выправке ИХ понял, что видит перед собой военного. Или бывшего военного. Толстяк же, судя по всему, был местным главарём.

– Это он? – спросил фага, остановившись напротив Бабарского. Бабарский же откинулся на спинку дивана, закинул ногу на ногу и посмотрел в ответ скептически.

– Если верить описанию, – пожал плечами толстяк.

Военный внимательно изучил бумажку, затем – Бабарского и кивнул:

– Да, совпадает полностью.

«У вас не получилось захватить мессера, поэтому вы бросили все силы, чтобы найти меня: назначили колоссальную награду, поставили на уши всех бандитов… Разумно, очень разумно».