Летний сад

А потом они спросят, почему сын отказался, и почему непокорная младшая внучка отказалась, и почему люди, что живут под нами, тайно встречаются с иностранцами, а я, как примерный член партии, ни слова об этом не сказал.

– При чем тут люди внизу?

– Вот то-то… Все имеет свою цену, Татьяна. Все в твоей жизни. Вопрос, который ты должна задать самой себе, таков: какую цену ты готова заплатить?

Татьяну пробрало холодом.

– Я думаю, правильно держаться в стороне, если так говорит тебе твое сердце.

– Да, ты очень в это веришь. Ну, так мое сердце и велело мне держаться в стороне. – Дед помолчал. – А что говорит тебе твое сердце о девочке по соседству?

– Думаю… – Татьяна говорила с трудом. – Думаю, оно велит мне держаться подальше.

Дед кивнул:

– Паша тоже так думает.

– Но, деда, я уже ни в чем не уверена. Этим летом все кажется таким запутанным.

Дед снова кивнул:

– А что я тебе говорил, что делать, чтобы все распутать? Когда ты не уверена в себе, когда ты сомневаешься, задай себе три вопроса. Во что ты веришь? На что ты надеешься? Но самое главное – спроси себя, что ты любишь? – Рука деда обнимала Татьяну. – И когда ты себе ответишь, Таня, ты поймешь, кто ты. И что важнее – если ты задашь этот вопрос людям рядом с собой, ты поймешь и то, кто такие они. – Он сделал паузу. – Я тебе приведу пример. Я верю в свое слово. Я не даю его просто так, но если дал – сдержу. Я надеюсь на своих внуков. Я надеюсь, вы вырастете, чтобы найти любовь. И я люблю вашу бабушку. Именно ее я люблю сильнее всего. – Он усмехнулся. – Думаю, она сейчас слушает, сидя на крыльце.

Татьяна слушала дедушку, сдерживая дыхание, глядя на него снизу вверх.

– Я люблю своих родных. Вот так я могу ответить на вопрос.

Ей не хотелось прерывать эти мгновения с дедушкой. Он поцеловал ее в макушку и прошептал:

– Таня, ты доведешь своего дедушку до слез. Ты же в первый раз сидишь вот так и ждешь моего совета. Пожалуйста, только не говори мне, что ты растешь, моя малышка.

Татьяна надеялась, что все вернется к прежнему, но сразу после того, как дедушка с бабушкой уехали в Пелкино, бедная Даша по какой-то таинственной взрослой причине, вся в слезах, быстро вернулась в Ленинград. Она не сказала, надолго ли, но, поскольку теперь некому было заботиться о Паше и Татьяне, Даша договорилась, чтобы Паша на неделю раньше уехал в лагерь для мальчиков в Толмачево, а Татьяну отправила за пятьдесят километров к востоку, в Новгород, к родителям Марины на их дачу на озере Ильмень.

Хотя Татьяне приятно было поехать на Ильмень с Мариной, ее радость быстро угасла, когда Марина сообщила:

– Таня, моя мама сказала, что я могу и Сайку с собой взять! Вот здорово, правда?

Все в Луге было прежде так чудесно, но в последнее время остался только безмерный хаос.