Летний сад

И если Сайка не хочет меня просветить, расскажи, что ты увидела в этих твоих книжечках об ангеле-павлине.

– Я мало что знаю. Но в одной из тех книг, что давала мне Бланка Давидовна, говорится, что Люцифер заключен навечно в центре земли, в глубочайшем круге ада, а три предателя погружены в три его открытые пасти головами вперед, и в центре – Иуда. – Татьяна пожала плечами. – Вот и все, что мне известно.

– Ты отравлена ложью, – заявила Сайка. – Люцифер представлен в откровенно дурном свете вашими излишне рьяными деревенскими женщинами и вашими излишне усердными средневековыми писателями. Наша вера называется почитанием ангела, потому что так оно и есть. В отличие от вас мы вообще не признаем существования демонов. Круги ада! Ха!

Дети таращились на Сайку. Даже Паша утратил дар речи. Бланка Давидовна, машинально кивая, всматривалась в Татьяну.

– Погоди, – заговорила наконец Татьяна, начиная понимать. – Ты хочешь сказать, что вы не признаете демонов? А как насчет дьявола? Как насчет Сатаны?

– Нет, нет и нет!

– То есть вы думаете, что существуют только ангелы?

– Верно.

– Что, каждый – ангел?

– Да!

Татьяна и Паша умоляюще посмотрели на Бланку Давидовну, ища подсказки. Бланка молча смотрела в чайные чашки.

Татьяна тихо спросила:

– Значит, для езидов нет правильного и неправильного, Сайка? Нет света, нет тьмы? Нет ньютоновых законов?

– Разные принципы, Таня. Почему это так трудно понять? Люцифер – ангел, который примирился – единственный – со всем во вселенной. Во вселенной Люцифера все правильно и все в равновесии. Наша религия утверждает, что, поскольку он был прощен за осознанный им проступок, те, кто почитает его, прощены за их ошибки.

В воздухе повис вопрос, на который Татьяна не услышала ответа, – хотя она и подозревала, что вопрос это риторический. Она открыла рот.

– Прощены кем?

– Кем? Те, кто почитает Люцифера, прощены за их проступки Люцифером, – ответила Сайка.

– Да, – тихо произнесла Татьяна, – но кем прощен Люцифер?

Она слышала биение собственного сердца в сгущавшейся тишине.

Сайка вскочила:

– Твой вопрос, как ты и сама хорошо знаешь, ответа не имеет. Почему бы тебе не встать под рябиной, чтобы отогнать злых духов, о которых ты так тревожишься?

Бланка Давидовна наконец заговорила.

– А с чего бы нам понадобилась рябина, – спросила она, – если у нас есть крест?

– Ну, скажите это украинским католикам, скажите это Романовым, – огрызнулась Сайка. – Крест их не спас, так?

– Тогда он не спас и Петра. Или Павла. Или Луку. Или Матфея…

– Я не хочу больше говорить об этой ерунде. Я иду домой. Идешь, Марина?

Марина встала.

– Хочешь, прочитаю твои чайные листья, Марина? – сказала Бланка Давидовна. – Они готовы.

– Может, потом, Бланка Давидовна.