Летний сад

– Ладно, я тебе скажу, если ты мне кое-что расскажешь о Тане.

– Почему это всегда обо мне? – воскликнула Татьяна. – Паша, лучше расскажи ей что-нибудь о Марине.

– О Марине я все знаю, – возразила Сайка. – Ну? Хочешь сыграть или нет, Паша?

– Ладно, начинай, – кивнул Паша. – Ты первая. Рассказывай о павлине.

Татьяна ткнула его в бок, как бы говоря: «Не нарывайся на неприятности!»

– Паша, ты знаешь, что значит слово «езиды»? – спросила Сайка, а Марина жадно слушала, сидя рядом с ней. – Это на арабском «ангелы». Езиды – курдская религия ангелов. – Сайка улыбнулась. – А павлин – главный ангел. Его называют павлином-ангелом.

Дыхание Татьяны стало короче. Бланка Давидовна открыла было рот, чтобы сказать «хватит, довольно», но брата Татьяны, конечно же, было не остановить, здравого смысла у него было не больше, чем у гуся.

– А у павлина есть имя?

– Мелек Таус, – ответила Сайка.

– Бланка Давидовна, – спросил Паша, – а это имя как-то переводится на русский?

Татьяна очень медленно протянула руку к ноге Паши и с силой ущипнула его сквозь штаны. Ей казалось, что он пытается спровоцировать Сайку. Он так пристально смотрел на нее…

Бланка не ответила. Она крутила пустые чайные чашки детей, всматриваясь в то, как легли листья. Она изучила так три чашки, а потом перевернула их, с опаской посматривая на молодежь. Ее проницательный взгляд остановился наконец на Татьяне.

– Люцифер, – ответила наконец Бланка хриплым голосом.

– Люцифер? – Паша разинул рот, беззвучно повторяя слово.

Качая головой, Татьяна закрыла глаза. Ну вот, получил. Провокаций хватит на все это проклятое лето.

– Откуда деревенская женщина знает так много о древних религиях? – спросила Сайка, зло уставившись на Бланку.

– Проживи достаточно долго, вот и узнаешь кое-что. А мне сто один год.

К Паше наконец вернулся голос.

– ЛЮ-ЦИ-ФЕР? – громко произнес он.

Сайка спокойно смотрела на Пашу, Бланку, Татьяну…

– Да. И что?

Три ошеломленных лица повернулись к ней. Что тут сказать?

Паша предпринял попытку:

– Люцифер, павлин – это главный символ вашей церкви, Сайка?

– Да. А к чему ты это? Люцифер – ангел света, – сказала Сайка. – Все это знают. Даже само его имя означает «свет».

Паша закашлялся так, словно внезапно схватил простуду. Даже щипки Татьяны его не остановили.

– Хм… Уж извини, Сайка, – сказал он, – но я читал кое-что о Люцифере.

– Паша, не ври, ты вообще читать не умеешь, – брякнула Татьяна.

Он ткнул ее локтем.

– И если ты можешь называть его, как тебе нравится, – продолжил он, обращаясь к Сайке, – весь остальной мир определенно думает, что Люцифер – это нечто весьма далекое от ангела света.

– Мир просто его не понимает, как и многое другое, – возразила Сайка. – Просветление возможно.

– Так просвети меня.