Летний сад

Александр отработал пятницу и субботу, а в воскресенье они пошли на католическую мессу и потом отправились в долгую поездку с Энтони до Седоны, чтобы погулять по каньону Красная Скала. Они пообедали в любимом мексиканском ресторане, поговорили о Большом каньоне, купили испанский кувшин. Вечером вернулись домой и уложили Энтони спать, искупались в бассейне и занялись любовью в прогретой воде. В постели Александр сказал, что не может не пойти на работу в день их годовщины, и Татьяна отвернулась и промолчала, а в понедельник отправилась в госпиталь, а он пошел на работу, как будто ничего и не изменилось.

Но Александр обнаружил, что он стал похож на Татьяну: он не мог смотреть Стиву в глаза. Все отношения между ними свелись к рабочим. Каково состояние дома Шрейнера? Каково состояние дома Килмера? Каково сейчас состояние…

Александр не знал, что делать. До их десятой годовщины, в выходные, оставалось четыре дня! Он купил Татьяне очень дорогое кольцо, хотя только что потратил все свои дополнительные доходы и часть сбережений на экстравагантный бассейн. Он не мог остаться без работы. Он решил, что должен найти способ разделить компанию со Стивом, продолжая работать на его отца. Он также решил не делиться своим планом с Татьяной. По некоторым причинам он не думал, что она согласится.

За день до того, как они поехали на Большой каньон, Александр познакомился с Дадли.

Уолтер, крепежник, кое-что рассказал Александру об этом Дадли, временном рабочем, которого Стив нанял несколько недель назад. Это был поденщик, по словам Уолтера. Никчемный человек, и что-то с ним было не так.

– По слухам, он в бегах. – Уолтер понизил голос. – Говорят, его разыскивают за убийство в Монтане.

– Надо же, – сказал Александр. – Убийство в Монтане?

– Да. Но Стив говорит, что это плюс в его пользу, он работает задешево, делает все и не жалуется. – Уолтер засмеялся.

Дадли оказался высоким мужчиной, такого же роста, как Александр. Он носил ковбойские сапоги и ковбойскую шляпу, которую снял в насмешливом поклоне, – и под шляпой оказались спутанные, очень светлые волосы, связанные в хвост. Лицо заросло жидкой бородой. Он жевал табак, а потом бесцеремонно сплевывал жижу на землю, слишком близко к чужим ногам.

Стив сказал:

– Вам двоим следует о многом поговорить. Дадли и в Европе работал, и был на Восточном фронте, так, Дадли?

Дадли был неопрятен, что было необычно для солдата, насколько знал Александр, но солдат набирали разных, и некоторые даже оставались необученными. Рукопожатие Дадли было сильным, и он не отводил взгляда.

– Черт побери… Да, Двести восемнадцатый дивизион. Мы перешли Одер в апреле сорок пятого. – Он сплюнул.

– Александр был там, на Одере.