Летний сад

– Так ты об этом думаешь? – Тон Сайки внезапно изменился. Он стал холодным, почти угрожающим. – Ты думаешь, меня за это избили без сожаления?

Татьяна молчала. А за что же еще?

– Где в твоих маленьких ньютоновых законах говорится о милосердии? – ядовито продолжила Сайка. – Кто смешивает физику с милосердием, Татьяна?

Татьяна все так же молчала, и по ее спине от страха поползли мурашки, как ядовитые муравьи.

– Я опозорила и обесчестила свою семью и была наказана должным образом!

– Ладно, Сайка… – Татьяна смотрела на землю внизу.

– Откуда тебе знать, что наказание моего отца не следовало из милосердия? – продолжила Сайка. – Мой отец сказал, что он меня жалел. Что думаешь об этом? Осуждаешь, не так ли?

– Я никто. Я никого не осуждаю, – сказала Татьяна, спрыгивая с дерева, с высоты двух метров, и Сайка задохнулась и зааплодировала.

Не оглядываясь, Татьяна пробралась сквозь изгородь и крапиву и влезла в дом через окно. Ей хотелось, чтобы его можно было запереть.

И сон очень долго не приходил к ней.

Маленький вопрос большого вишневого дереваПаша услышал Татьяну до того, как ее увидел. Володя и Кирилл Игленко стояли у большой вишни в конце деревенской дороги. Голос Татьяны звенел:

– Готов? Лови!

Володя и Кирилл смотрели вверх, разинув рот. Паша увидел, как с дерева падает что-то маленькое и красное. Кирилл поймал это рукой и бросил в рот. Они все так же смотрели вверх, на Татьяну. Паша, подойдя ближе, увидел ее голые ноги, упиравшиеся в две ветки на высоте в полметра. Он покачал головой и ускорил шаг, ругаясь себе под нос. Когда он дошел до ствола дерева, то, даже не глянув на сестру, не сказав ни слова ни ей, ни им, он резко оттолкнул ребят в сторону от потока падавших ягод, оттолкнул, хотя они и были крупнее его, и крикнул:

– Вы что делаете?

– А что? Ничего. Она бросает нам ягоды, – ответил Володя, невинно моргнув.

– Убирайтесь отсюда к черту! – Паша понизил голос. – Вы с кем говорите? Я вам не Татьяна. Я вам говорил и повторял – держитесь от нее подальше. Все, уходите!

– Паша…

– Я сказал – убирайтесь!

Они медленно пошли прочь, с сожалением помахав Татьяне.

– Паша, – окликнула его Татьяна, – что ты сказал бедному Володе? Почему ты их прогнал, как мух?"

"Паша помолчал, потом посмотрел вверх. Он кинул туда лишь один быстрый взгляд, надеясь, что он, может быть, ошибается, что на этот раз платье сестры не задралось до бедер, может, она подоткнула его, может быть, ее белые трусики и внутренняя часть бедер не были видны двум подросткам, когда они таращились на нее, а она бросала им ягоды.

Но он не ошибался.

– Таня, спускайся, – велел он, со вздохом отводя взгляд.