Таня Гроттер и перстень с жемчужиной

Какая досада, что она не догадалась пробраться в Тибидохс через стену где-нибудь подальше от ворот!

Таня почти пробилась к темному входу во внутреннюю галерею, когда, по закону подлости, справа от нее вынырнула Зализина. Увидев Таню, она на миг застыла, словно не веря своим глазам, а затем лицо ее задергалось, как у припадочной.

– О, какие зверушки! Кого я вижу! Смотрите все: Гроттерша! Настоящая Гроттерша! – воскликнула она, заламывая руки.

– Здравствуй, Лизон! Рада тебя видеть! – спокойно сказала Таня."

"– Ты меня рада видеть? ТЫ? А уж я-то как рада! Так рада, что прямо сил нет! – затряслась Зализина.

– Ну вот видишь, Лиза, как все чудесно! А теперь я пойду, хорошо? – сказала Таня твердым голосом.

«И делить нам больше нечего, а Лизка никак не успокоится! Когда же это все закончится?» – подумала Таня устало. Она давно усвоила, что поставить Зализину на место можно только холодной вежливостью. Вопли и оскорбления – не вариант. Это игровое поле Лизон. В истериках же она чувствует себя как рыба в воде.

Видя, что Таня не собирается ее атаковать, Зализина удивленно застыла. Воспользовавшись этим, Таня попыталась проскочить к галерее, но не тут-то было. Лизон схватила ее за локоть.

– Глеб! Где ты, Глебушка? Посмотри, кто тут у нас есть! – позвала она ехидненьким голоском.

Сердце у Тани забилось. Даже не оглядываясь, она вдруг ощутила, что Бейбарсов здесь, рядом, за левым ее плечом. Проклятье! И чего она психует? Он же ей совсем не нужен, этот юный тиран, который балансировал тогда вверху, на крыше, угрожая спрыгнуть вниз.

– Знакомься, Глебушка, это Гроттерша-Танечка! Знакомься, Гроттерша-Танечка, это Глебушка Бейбарсов! – продолжала кривляться Зализина.

Таня сделала последнюю попытку вырваться, но, поняв, что это нелепо, заставила себя повернуться к Бейбарсову. Вот и он стоит и спокойно улыбается ей, опираясь на свою неизменную бамбуковую трость.

Глеб показался ей собранным, возмужавшим, уверенным в себе, вот только глаза были уставшие. «Не слишком хорошо ему с Зализиной!» – подумала Таня, ощущая вину за локон Афродиты.

Мокрая, заболевающая, она стояла и обнимала контрабас. В кроссовках у нее хлюпало болото, такое же, как и на душе. Но ей было безразлично. Она и Глеб молча смотрели друг на друга. Зализина мгновенно ощутила себя лишней и запсиховала.

– Смотри, Глебушка, какая у нас Танечка! Стоит – обтекает! Хорошенькая, просто конфетка! Только что из лужи! Ха-ха! – засмеялась Лизон.

Смех ее прозвучал нервно. Она, кажется, жалела, что окликнула Глеба. Эти двое ухитрились быть вдвоем даже в толпе, даже рядом с ней, с Зализиной, которую они вообще теперь не замечали.

– Привет! Как ты? – сказал наконец Бейбарсов, когда молчание слишком затянулось. Визг Зализиной в счет не шел и отлично сходил за фоновый шум.