Таня Гроттер и перстень с жемчужиной

Прежде чем сознание Пупсиковой захлопнулось, осторожно подзеркаливающий Ягун понял, что Дуся действительно не помнит. Более того, не смогла бы описать или представить себе тех, кого видела с Дыром, даже при огромном желании.

«Частичное зомбирование!» – сообразил Ягун.

– Ну пока, Дуська-Пуська! Рад был тебя увидеть! – сказал Ягун.

Пупсикова, которую не принуждали больше думать о Семь-Пень-Дыре, с облегчением улыбнулась.

– Лизке и Глебу привет! Скажи, что я им собираюсь написать. Может, даже и соберусь, – сказала она, губами прощально мазнула Ягуна по щеке и, цокая каблучками, заспешила куда-то.

Поняв, что прощание состоялось, играющий комментатор отправился за пылесосом.

– А я ведь Дуське когда-то нравился курсе эдак на втором. И куда все делось? – пробормотал он с сомнением.

* * *Дверь на крышу, где Ягун оставил пылесос, была открыта. Двое рабочих задумчиво поплевывали в вентиляционную шахту.

– А фиг его знает, где там засор? Мне что туда, прыгать, что ли? – говорил один другому.

Второй не отвечал, но заметно было, что его мнение совпадает с авторитетным мнением коллеги. Ягуну рабочие оказались не рады. В живой разговорной форме они поинтересовались, какие срочные дела привели милого юношу на крышу и не желает ли он спрыгнуть вниз? Если да – они с удовольствием окажут ему содействие в виде ускоряющего пинка.

Ягун мило улыбнулся, выпустил зеленую искру, и оба рабочих быстро ушли, вспомнив о неотложных делах. Они так спешили, что забыли на крыше свои инструменты.

Ягун снял с пылесоса заклинание невидимости, откинул крышку и заправил пылесос мешком рыбьей чешуи. Чешую он с большим трудом добыл в кухне одного рыбного ресторанчика. Разумеется, по своим полетным свойствам она была хуже русалочьей, но выбирать не приходилось. В Питере с русалками напряг. В результате чешую невозможно купить даже в единственном магическом гипермаркете на тринадцатом этаже двухэтажного (внешне) дома на Литейном."

"Тяга у пылесоса, вынужденного довольствоваться такой скромной пищей, была скверная. Когда Ягун давал газ, из трубы вырывалось синее пламя. И это вместо правильного – оранжевого. Кроме того, пылесос отказывался набирать высоту и летел не выше пятого этажа так, что Ягуну, пока он не выбрался из города, приходилось постоянно лавировать и подновлять заклинания невидимости, чтобы его не заметили из окон.

«Хорошо Таньке! Летает на своей балалайке, смычком направление показывает – и все дела. Никакого горючего не надо!» – с завистью думал он.

Лететь было не очень далеко, однако на глохнущем пылесосе, пожалуй, что и не близко. Зализина и Бейбарсов поселились в Иваново, в городе невест. Ягуну почему-то представлялось, что невест там толпы, как на первом курсе филфака. Однако мнение оказалось ошибочным.