Таня Гроттер и перстень с жемчужиной

Играющий комментатор услышал, как она понимающе хмыкнула, и понял, что Таня думала о том же самом.

– Так ты считаешь, что Зербаган… – начала она.

Жесткая, пахнущая чешуей ладонь Ягуна зажала ей рот.

– Тшш! Требую фонетической паузы! – прошептал внук Ягге.

Прежде чем Таня и Ванька сообразили, о чем идет речь, Ягун сделал выпад трубой пылесоса, с силой толкнув незапертую дверь. За дверью что-то охнуло.

– Вера… то есть Верб, у тебя все хорошо? Я тебя нечаянно не ушиб? – нежно спросил Ягун и тотчас пригнулся, спасаясь от двух красных искр, пробивших дверь насквозь примерно на уровне его головы. Искры бестолково заметались по комнате, столкнулись и погасли."

"– Хнык-хнык-хнык! Я растроган! Просто как в старые добрые времена, когда за всякой дощатой перегородочкой обнаруживалась подслушивающая Попугаиха! – сказал Ягун, когда взбешенная Верка удалилась.

– Сумасшечкин домик какой-то! Ушкус намакушкус! – сказала Таня, произнося заклинание против подслушивания. Простое, вечное и надежное, как шкаф тех времен, когда мебель не прессовали из опилок.

Перстень Феофила Гроттера неохотно, словно делая величайшую милость, выбросил искру, сделав Попугаеву неопасной в случае, если любопытство в очередной раз пересилит у нее чувство самосохранения.

– Ты думаешь, все дело в Зербагане?.. – вернулась Таня к прерванному разговору.

– Ага… В нем, родимом. Он хочет отнять у нас Буян и загнать школу волшебства в тундру. Или, если не получится, просто убрать с дороги Сарданапала. Все понимают, что при любом другом директоре избавиться от школы будет намного проще, – пояснил Ягун.

– А мне кажется, у Зербагана есть и другая цель. Личная. Иначе зачем бы он рыскал день и ночь по школе и острову, – вдруг сказала Таня.

Ягун заинтересованно прищурился.

– Ну-ка, ну-ка! С этого места, пожалуйста, совсем подробно! Как сказка «Колобок» в пересказе для идиотов!

Таня поведала Ягуну и Ваньке о странном маге, которого видела на океанском берегу. Она ощущала, что рассказ ее звучит сухо и лишь вчерне передает суть. Сама же, закрывая глаза, она ясно видела страшную фигуру, которая, стоя на песчаной косе, сыпала в океан алые искры. Как же скудны слова! Как мало действительно важного можно ими выразить и передать! «Лучше один раз увидеть, чем сто раз оглохнуть», – как говорил порой Ягун.

– Может, этот маг на берегу и был Зербаган? – предположила она.

– Шут его знает, скорее всего, он и был… Количество придурков такого масштаба ограниченно даже на Буяне. Страна должна знать своих уродов! – философски произнес Ягун и вновь принялся перекладывать карточки, к которым теперь добавилась еще одна. Карточка эта содержала лаконичную запись: «Зербаган и океан».

– А при чем тут Семь Пней и Бейбарсов? – спросила Таня, разглядывая карточки.