Обращаться с осторожностью

— Мы не можем, — шепнула я. — Эмма еще не спит.

— Она не войдет сюда…

— Ты этого не знаешь…

Роб уткнулся лицом в мою шею:

— Она знает, что мы занимаемся сексом. Если бы мы этого не делали, ее бы не было на свете.

— А ты бы хотел думать о том, что твои родители занимаются сексом?

Роб скорчил мину и откатился от меня:

— Хорошо, ты убила весь настрой.

— Дай ей десять минут, пусть уснет, и я снова разожгу это пламя.

Он подложил руки под голову, уставившись в потолок:

— Как думаешь, сколько раз в неделю занимаются сексом Шарлотта и Шон?

Роб взглянул на меня:

— Конечно же знаешь. Вы, девчонки, любите о таком болтать.

— Во-первых, нет, не любим. А даже если и так, я не стану любопытствовать, как часто моя лучшая подруга спит с мужем.

— Да, конечно. То есть ты никогда не смотрела на Шона и не думала, каково это — переспать с ним?

Я приподнялась на локте:

— Очень смешно. — Я перевела на него взгляд. — Шарлотта? Серьезно?

— Ну… знаешь… просто из любопытства. Даже Гордон Рамзи должен иногда думать о «Биг Маках».

— Значит, я сложное блюдо для гурманов, а Шарлотта как фастфуд?

— Плохая вышла метафора, — признался Роб.

Шон О’Киф был высоким, мускулистым, физически развитым, в противоположность худощавому, как у бегуна, телосложению Роба, с его ухоженными руками хирурга и страстью к чтению. Одна из причин, по которой я влюбилась в Роба, — он больше обращал внимание на мой ум, чем на ноги. Если бы я даже захотела закрутить с кем-нибудь вроде Шона, то желание быстро бы угасло: после стольких лет болтовни с Шарлоттой я знала его слишком хорошо и не считала привлекательным.

Но упорство Шона также распространялось на его родительские качества: он был помешан на своих девочках, а еще яростно оберегал Шарлотту. Роб больше отличался рассудительностью, чем стихийной нерациональностью. Что значит быть объектом такой безудержной страсти? Я попыталась представить себе Шона в постели. Носит ли он пижамные штаны, как Роб? Или ходит без белья?

— Ого, — проговорил Роб, — я и не знал, что ты можешь покраснеть до самых…

Я натянула одеяло до подбородка:

— Отвечая на твой вопрос, я даже не уверена, что раз в неделю. Учитывая рабочий график Шона и заботы о Уиллоу, они, возможно, даже не ночуют в одной комнате.

«Странно, что мы с Шарлоттой не обсуждали секс», — подумала я. И даже не из-за дружбы. Все же я была ее гинекологом — медицинское анкетирование содержит вопросы о том, есть ли у пациента проблемы во время соития. Спрашивала ли я ее когда-нибудь об этом? Или пропустила, потому что вопрос казался слишком интимным для подруг? Секс был просто способом получить желаемое: ребенка. Но что теперь? Счастлива ли Шарлотта? Лежат ли они с Шоном в кровати, сравнивая себя со мной и Робом?

— Так, давай подумаем.