С мейсе Райкконен что-то не так

За собой она тянула упирающийся куст монстеры несовершеннолетней, туго спелёнатый верёвкой – именно её моток выбрала девушка из предложенных предметов. Лишь недавно выяснилось, что если дать этой растунции прожить полный цикл, то на месте отмершей особи тут же вырастала феялка взлелеянная – редкой красоты и ценности цветок. А местные садоводы всё ломали голову, как феялку самим выращивать – ни опыление, ни вегетация не помогали…

Я посмотрела на часы: десять минут до конца. Можно уже «возвращаться». Встала, слегка потянулась и перешагнула границу, оказавшись вновь на месте старта, а теперь уже финиша. Помахала зрителям, демонстрируя пустые руки.

Следующей вышла Агата, осторожно держа на вытянутых руках, предусмотрительно затянутых в перчатки, корешок панацеи сомнительной. «Одно лечит, другое калечит», – говорили об этой растунции. Панацея сомнительная с лёгкостью излечивала от любой болезни – от простуды, чахотки или даже отрубленной головы, если её быстро на место приставить. Но тут же награждала новой. Но, согласитесь, какой-нибудь грибок ногтей в качестве побочного эффекта стоит того, чтобы вылечиться от того же тифа.

Это серьёзная заявка на победу. И далась она Агате явно нелегко – у неё вся одежда была разъедена чьим-то едким соком. Умница, я ей уважительно кивнула.

– Это моё! Нет, моё! – из Диколеса одновременно выскочили Терцина и Октавия Варинс, выдирая растунцию друг у друга из рук. Мохнатый рыжий плод дыни коктейльной такого обращения не стерпел и развалился на две половинки, обдав обеих сестёр сладким алкогольным соком.

За ними вышла Примула Варинс, держа за сухой хвостик сиреневый мерцающий кокон…

– Выбрось! Выкинь немедленно! Да не здесь! Не на землю! А-ааааа!.. – в панике одновременно заорали я, Агата, герцогиня Шальтеир и некоторые другие зрители. Видимо, уже тоже знакомые с пассифлорой неразборчивой.

Агата действовала стремительно: выщипнув из рук остолбеневшей Примулы хвостик кокона, она аккуратно раскрутила его и забросила обратно в дебри Диколеса. Метрах в семи над кустами растунций поднялось сиреневое облачко.

– Баронесса! Да что вы себе позволяете!.. – отмерла Примула. – Герцогиня Шальтеир, вы это видели?!.. Она выбросила мою честно найденную растунцию! Не знаю, что это такое, но оно красивое и наверняка дорого стоит!

– Дорогая, не сомневайтесь, мы все прекрасно рассмотрели, что́ именно вас угораздило отыскать… – с облегчением выдохнула супруга мэра. – И именно эту растунцию засчитаем в качестве улова. Господи ты боже, вот только оргии мне на юбилее города не хватало…

Да все посвящённые облегчённо выдохнули, что тут скрывать.

Жоржина Рицвель и ещё одна Варинс так и не появились. Всё-таки заблудились. До конца испытания оставались считаные секунды.