Как я увела жениха с чужой свадьбы

— Тоня, краса моя ненаглядная, — Огарев ненавязчиво водрузил свою тяжеленую руку на мои пусть и крепкие, но все же женские плечи. А потом практически борцовским хватом притиснул к себе. — Это что за мимокрокодил?

На лице Ярика отразился нешуточной силы мыслительный процесс. Результатами которого стали сразу несколько событий.

— Ты себе, что ли, уже нового мужика нашла?! — со свистом выдохнул Ярик. И не успела я как-то ответить на это, а заодно спихнуть с себя огаревскую руку, — как Ярик забил последний гвоздь в томность сегодняшнего вечера. — Ну ты и….

Он сказал такое слово… такое гадкое… такое мерзкое слово… На фоне которого даже начертанные на моей двери огненные письмена казались милым домашним прозвищем. Но оскорбиться я не успела.

Непосильный груз огаревской руки с моих плеч куда-то исчез, а Ярик вдруг оказался уже не стоящим, а лежащим на асфальте. И как это произошло — убей меня бог, я не поняла!

Огарев между тем отлепился от меня, вальяжно подошел в возлежащему на асфальте Ярику и ласково приподнял его за шиворот.

— Зубы все на месте? — заботливо спросил он Ярика. Этот идиот и в самом деле принялся со стонами ощупывать челюсть, а потом кивнул.

— Если хочешь, чтобы они и дальше были в таком комплекте, забудь про Тоню. На километр к ней не подходи, понял меня?! — на последних словах вдруг прорезался металл, да такой, что порезаться можно. А Огарев, отпустив многострадальный воротник Яриковой рубашки — видимо, с пиететом он относится только к футболкам и лосинам из гардероба моего бывшего — шустро сцапал меня за руку и потащил к машине. Пока меня тащили, я сочиняла речь. Педагогическую. На тему того, что нельзя, неправильно и чревато лезть в чужие дела. Речь не сочинялась, хоть ты тресни. И вместо этого уже в машине я задала вопрос.

— Как ты тут оказался?

— Мимо проезжал, — безмятежно ответил Ярослав, выруливая с парковки.

Что за удивительные совпадения! Ярослав Огарев — человек-случайность. Все случается и случается. Я вздохнула, вспомнив, как он случился в моей жизни в первый раз. Огарев мой вздох интерпретировал по-своему.

— Не грузись, Тонь. Это ж тварь неразумная, смысла в его словах не больше, чем в вороньем карканье."

"Милашка Ярослав решил, что меня задели слова Ярика. Но, скажем честно, они бы меня, может, и задели. Если бы не весь тот цирк, который последовал после. А Ярослав, не дождавшись от меня никакой реакции, добавил:

— Слушай, не бери в голову, правда. Давай, поедем, тебе платье купим?

— А давай, поедем, тебе мозгов купим?

— А ты знаешь, где продают?

Я не выдержала и рассмеялась. Вот чего у Огарева не отнять — так это умения сбрасывать напряжение с клемм.

Глава 5. Ходить дорогами крутыми придётся в жизни молодым.