С чистого листа

— Кто поет? На каком языке?

— Знаю, — и она синхронно перевела: — Можно ли спасти будущее? — девушка грустно усмехнулась и вновь в такт певцу сказала: — Я выбираю жизнь. А ты?

Так понравившуюся мне песню сменила другая, затем следующая, а в душе все звучал и звучал умопомрачительный голос юноши и удивительно правильные слова его песни. В голове роились сотни мыслей, однако тревожить сестренку неуместными сейчас расспросами не хотелось.

Тем временем, заехав в ворота теперь уже нашего общего дома, Светлана уверенно подрулила к входу. Заглушив двигатель, повернулась ко мне.

— Продолжаю отвечать на вопросы. Песня на английском. Язык хорошо знаю, но и ее текст знаком, — она озорно прищурилась. — А поет твой ненаглядный Дэйчи.

— Да ладно! Скажи, что пошутила! — я неверяще посмотрела на девушку.

— Увы, — та тихонько рассмеялась. — Мы с тобой мимо баннеров удачно проехали, так японский принц к нам через радио прорвался. Похоже, это судьба, — заявила глубокомысленно. Затем подмигнула. — Пойдем в дом, фанатка без памяти. Есть жутко хочется.

Подозрительно посмотрев на сестру, не увидела ничего необычного. Света действительно лишь привычно беззлобно подтрунивала.

Через пару минут мы, нагруженные пакетами, вошли в дом. Поднялись на второй этаж, разнесли вещи по своим комнатам, а после, одержимые единым порывом поесть, устремились на кухню.

Серафимы в зоне видимости не наблюдалось. Заметив мой вопросительный взгляд, Света усмехнулась и пояснила:

— Она отличный помощник, но еще и вольная птица. Ушла-пришла когда захотела, — заглянув в холодильник, деловито проинформировала: — Сегодня совсем не приходила: в наличии у нас остатки вчерашнего обеда. Есть мясная нарезка, суп, ну а остальное с «горячо любимой» тобой вишней, — из недр холодильного шкафа послышался смешок. — Тебе чего?

Темноволосая макушка вынырнула из-за дверцы, на миг блеснули насмешливые глаза, затем Света вновь скрылась от моего взора.

— Суп и нарезку, — ответила я без раздумий.

— Тогда по старой схеме, — пробурчала девушка. — Иди за стол. Сейчас кормить тебя, младшенькая, буду.

И опять я наблюдала за сноровистыми действиями сестры. Теперь стало понятно, почему она так ловко орудует на кухне. Раз Серафима частенько занимается личными делами, то волей-неволей научишься быть самостоятельным.

Так странно. Тамара Валерьевна — руководитель большой больницы и, однозначно, умеет контролировать сотрудников. Почему же сквозь пальцы смотрит на отлучки помощницы? Наверное, есть веская причина. Впрочем, это уж точно не мое дело. Со своим уставом лезть в чужой монастырь не стоит.

Меж тем Светлана накрыла на стол и села рядом со мной. Не нарушая разговорами наслаждение довольно скудным обедом, мы быстро расправились и с супом, и с нарезкой.