Рыцарь Ордена

И шашка и дага находят свои цели, и два телохранителя валятся на пол. Один удивленно рассматривает шашку, торчащую из своей груди, а второй пытается вдохнуть через пробитое горло. Третий тянется к пистолету, но я недаром смещался к столу с ножами. Бросок, и он валится на землю. Привлеченный шумом, вбегает еще один охранник уже с пистолетом в руке. Еще бросок, и он опрокидывается на землю, нож торчит из глазницы. Стало тихо, только слышно было как звенит шпага выпавшая из мертвой руки своего хозяина. Все произошло настолько быстро, что только сейчас Аркадий Анатольевич понял, что все закончилось. Страх за меня сменился ошеломлением от всего произошедшего.

Я посмотрел на голову Вестрова, в глазах которого навечно застыло удивленное выражение, и без сил опустился на пол, к горлу подкатила тошнота.

– Эт-то что? – Аркадий в полной прострации разглядывал побоище.

– Я же ведь вам говорил, что в Магическом мире основным оружием является меч. И говорил, что меня обучали владеть холодным оружием. Обучали так, чтобы я мог действительно выжить в том мире.

Я снял со стены другую шашку.

– Повернитесь, а то мне что-то не хочется искать ключ от наручников.

Криворецкий был настолько поражен всем произошедшим, что без слов выполнил просьбу. Маленький ток внутренней силы, сосредоточенной на кончике шашки, стремительный удар и короткая цепь наручников оказалась перерубленной.

– Наверное, мне не стоит спрашивать, как ты это сделал?

– Не стоит. Когда попадете в Магический мир, Деррон вам все объяснит. Знаете, я лучше выйду. Мне не очень нравится здесь находиться.

– Подожди, здесь же еще могут быть люди.

– Больше нет. Только твой продавец. Венчик.

– Откуда ты знаешь?! – недоверчиво спросил Аркадий.

– Знаю. Меня сюда привезли двое. Еще двое стояли рядом с тобой. Хозяин дома. Был еще один, но он ушел. Об этом говорили мои конвоиры.

– Понятно. Тогда ладно. Иди, а мне здесь еще кое-что сделать надо.

Я кивнул и вышел из комнаты. Попутно зашел туда, где ощущал чью-то слабую жизнь. Там на кровати лежал Венчик. Рядом валялся шприц. На руке отчетливы были видны следы старых уколов. Он был еще жив, но было ясно, что это ненадолго. Вестров свидетелей действительно не оставлял, а ведь этому парню было лет шестнадцать. Ему еще жить бы да жить. Венчик. Я даже не знаю его настоящего имени. Зачем он связался с наркотиками? Почему начал колоться? На эти вопросы уже не получить ответа.

Парень последний раз вздохнул и замер. Я коснулся его шеи – пульса не было. Если раньше я и испытывал сожаление по поводу убийства Вестрова, то теперь, при виде тела этого юноши, оно исчезло. Только так с ними и надо.

Я вышел во двор и присел на небольшую скамеечку, дожидаясь Аркадия.

Аркадий все не шел.