Рыцарь нашего времени

Против воли я улыбнулся во всю ширь моих оставленных без профилактики зубов и почувствовала, что почти счастлив. Все поменялось, и жизнь вдруг стала такой реальной, такой осязаемой, я почти мог прикоснуться к ней, запустить руку в ее незримый струящийся поток. И я с удивлением осознал, что не имею ничего против появления в моей жизни ребенка. Почему бы и нет?!

Глава 4

Сказанному — верить

Мой тридцать шестой день рождения я решил отпраздновать дома для разнообразия. Многие годы дни изменения моего возрастного статуса проходили то в клубах, то в барах, то в заброшенных, грязных помещениях Тихой Зоны — специального оцепления из длинных пустых коридоров, опоясывающего студии «Стакана». Тихая Зона — своего рода портал, ведущий в параллельный мир, и неподготовленные люди с недостаточно крепким сознанием (или подсознанием, как сказала бы Ирина) испытывают там, в Тихой Зоне, приступы панических атак, необъяснимые волнения и видят галлюцинации. Однажды там даже пропал человек — ушел в сторону лифтовых шахт и не вернулся. Потом только выяснилось, что он встретил на одном повороте коридоров человека по имени Дядя Федор, у которого с собой оказалось несколько лишних косяков — и, таким образом, остался в Тихой Зоне на пару недель. Дядя Федор — невыездной обитатель Тихой Зоны, являлся фигурой культовой, и знать его было большой честью."

"Я был знаком и с Дядей Федором, и с Василий Ивановичем, и даже лично знал Буеракова С. П. — единственного из всех присутствующих в Тихой Зоне постоянных обитателей, кто находился там на законном основании. Буераков С. П. — дипломированный электрик — занимал там две комнатки рядом с лифтовыми шахтами и по всем отчетам проходил как человек положительный, получающий зарплату и расписывающийся в ведомости почему-то все время разными подписями. На деле же Степочка, Степан Павлович Буераков, в сознание приходил крайне редко, так как постоянно принимал внутрь разнообразные горячительные напитки, которые сами собой возникали в его служебке, материализовывались из воздуха и тут же употреблялись теми, кто присутствовал в этот момент. Степа давным-давно уже ничего не чинил, у него был утрачен не только паспорт, но и человеческий вид, но местные охраняли спокойный пьяный Степин сон, как безопасность родины. И на все вызовы ходили то Дядя Федор, то Василий Иванович, оба — выходцы из Белоруссии, оба находились на территории «Стакана» незаконно и нелегитимно. Пока они находились в «Стакане», это никого не волновало, но выходить на свет божий им было нельзя, ибо, выйдя раз, они бы уже не смогли вернуться, так что они, по моим подсчетам, лет пять как уже «Стакана» не покидали, устраиваясь там по возможности комфортно.