Рыцарь

 — Я только открыла одну баночку с ананасовым соком и на секундочку вышла из кухни, а когда вернулась, то обнаружила, что кто-то пооткрывал все банки!

Дуглесс постояла некоторое время, нахмурив брови и пребывая в задумчивости, потом, повернувшись к миссис Андерсон, спросила:

— Скажите, а когда вы открывали эту баночку с ананасовым соком, никто не видел вас за этим занятием?

— Ну, раз уж вы упомянули об этом, могу сказать, что один-то человек тут точно побывал: лорд Стэффорд, направляясь из конюшен, прошел через кухню. Он даже остановился и побеседовал со мной. Такой, знаете ли, славный мужчина!

Дуглесс попыталась скрыть улыбку: ну конечно же! Николас, несомненно, узрев воочию чудесный способ откупоривания жестянок, решил сам проделать то же! Ее размышления были прерваны горничной, которая в этот момент вбежала на кухню со шлангом от пылесоса в руках.

— Мне нужна обычная щетка с совком! — воскликнула она, чуть не плача. — Лорд Стэффорд попросил разрешения посмотреть пылесос и всосал в него все драгоценности леди Арабеллы! Если только она это обнаружит, меня тотчас же рассчитают!

Дуглесс вышла из кухни, чувствуя себя значительно лучше, чем раньше.

Она и представления не имела, где будет завтракать, но, бесстрашно войдя в пустую столовую, обнаружила на буфете несколько электрокастрюль, прикрытых серебряными крышками. Сознавая в какой-то мере собственное нахальство, она положила себе в тарелку еды и уселась за стол.

— Доброе утро! — произнес вдруг вошедший в комнату Ли. Он тоже наполнил свою тарелку едой и сел напротив нее. — Гм… — пробормотал он, — прошу прощения за вчерашний вечер! Совершенно неожиданно для себя я, кажется, уснул. А вы видели письма?

— Да, видела, но прочитать не смогла, — честно призналась Дуглесс и, перегнувшись к нему через стол, спросила:

— А вы уже прочли достаточно для того, чтобы понять, кто же именно оклеветал Николаса Стэффорда перед королевой?

— О да, Господом Богом клянусь, что да: я это установил сразу же, стоило мне только открыть сундук!

И только Ли собрался ей все рассказать, как в столовую вошел Николас, и Ли тотчас прикусил язык.

— Послушайте, Монтгомери! — резко произнес Николас. — Я буду ждать вас в библиотеке! — И, развернувшись, вышел вон.

— Что это с ним? Не с той ноги вскочил с постели Арабеллы? — проворчал Ли.

Дуглесс швырнула на стол свою салфетку и, бросив на Ли выразительный взгляд, направилась в библиотеку. Войдя туда и закрыв за собою дверь, она возмущенно спросила:

— Вы понимаете, что натворили?! Только-только Ли собрался сообщить мне, кто именно вас предал, но тут ворвались вы и заставили его умолкнуть.