Рыцарь

После некоторой паузы он сообщил, что в стене нашли целый сундук с какими-то бумагами и, тщательно обследовав их, пришли к выводу, что это — письма леди Маргарет Стэффорд.

— Вот здорово! — воскликнула, откидываясь на своем стуле, Дуглесс. — Стало быть, теперь, когда мы получили приглашение посетить их дом, мы с вами сможем их прочитать! Ой, Колин, вы просто чудо!"

"Услышав от нее «Колин», Николас широко раскрыл глаза, но воздержался от каких-либо комментариев.

— Есть, правда, кое-какие проблемы… — начал он.

— Какие еще проблемы?! — воскликнула Дуглесс. — Впрочем, не говорите: попробую сама догадаться! Ну да, должно быть, леди Арабелла жаждет, чтобы каждое утро вместе со стаканом апельсинового сока ей на блюде подавали бы и вас!

Николас при этих словах поперхнулся.

— Сударыня, — произнес он, напуская на себя строгий вид, выбирайте-ка выражения!

— Так я права или нет?

— Нет, это не так: просто леди Арабелла пишет книгу о…. — Не договорив, он отвернулся от нее, и Дуглесс показалось, что лицо его несколько порозовело.

— О вас, что ли? — задыхаясь от волнения, спросила она. Снова повернувшись к ней, но глядя в тарелку, он ответил:

— Ну да — о том человеке, которого она считает моим предком. Она, гм, ну, в общем, она слышала все эти рассказы о…

— О вас с нею на том самом столе, да? — переспросила Дуглесс и скорчила гримаску — Замечательно! Теперь, стало быть, она вознамерилась повторить этот исторический эпизод! Ну, а документы-то она вам разрешит посмотреть?

— Нет, она не может этого сделать. Дело в том, что она подписала контракт с неким врачом.

Дуглесс не сразу распутала эту головоломку: какой еще врач?! Она больна, что ли? А, ну, конечно же: с доктором!

— Уж не с тем ли доктором, который напечатал статью в журнале? Как бишь его зовут? Не помню как. Кажется, доктор… Гамильтон, что ли? С ним, да?

— Да, он только вчера приехал, — кивнул Николас. — И он надеется, если удастся, обелить меня и кое-что заработать на этом. Однако, по словам Арабеллы, на создание книги потребуются годы. Только вряд ли я выдержу здесь так долго. Ваш мир, знаете ли, какой-то очень уж дорогостоящий!

Дуглесс, хорошо знакомая с научной карьерой собственного родителя, прекрасно знала, насколько важна публикация в академической среде. Любому постороннему, не принадлежащему к этому мирку, могло показаться совершенно несущественным, удалось или нет кому-то раскрыть тайну времен королевы Елизаветы, но для ученого, в особенности начинающего, наличие публикации, содержащей новую информацию, весьма значимо.