Контуженый рыцарь

Да, «кожа дракона» не позволила железной стреле пройти внутрь тела, но от резкой боли поврежденная правая рука выронила меч и полностью онемела. Федор огляделся. Плохо дело, на трех стенах уже были видны прикрывающиеся щитами фигуры головорезов. Но двор, в отличие от стен, ничем не освещался, и только маленький огонек указывал путь к двери центральной башни. Теперь была только одна надежда – добежать до этой спасительной двери, не свернув в темноте шею. Прихватив из кучи мусора припрятанный арбалет, Федор кинулся вниз, стараясь не думать о пульсирующей боли в руке. Один шустряк с факелом пытался преградить ему дорогу, но быстро передумал, получив железный болт в живот.

Ну, вот еще чуть-чуть… Федор вбежал в башню и, захлопнув дверь, перекрыл ее засовом. И тут небольшой камешек со звоном ударился о тыльную часть его шлема. Рыцарь, сделав шаг в сторону, быстро развернулся, и как раз вовремя, чтобы успеть щитом парировать пролетевший мимо удар меча. Его спасло то, что противник, желая нанести как можно более сильный удар, вложил в него весь свой вес, и, когда клинок попал в пустоту, по инерции наклонился вперед, подставляя шею под удар боковой стороной щита. Добив упавшего наемника еще одним ударом, рыцарь плюхнулся на каменный пол, обессилевший от раны и усталости.

– Только семь, а их еще двадцать, – с тоской в голосе сказал он. – Мне конец, Лохматик.

– Жаль, ты был хорошим хозяином, – сочувственно вздохнул подбежавший к нему зверек.

– Спасибо, что камешек кинул.

– Всегда пожалуйста. Зря ты меня не послушался, рыцарь… Спрятались бы мы в начале пути где-нибудь в лесочке, может, и твоя жизнь сложилась удачнее.

– А я ни о чем не жалею… Я офицер спецназа, рано или поздно все равно погибну, так лучше в бою с оружием в руках, а не обгадившись от страха где-нибудь в кустах. Понял, Лохматик?

– Понял, дурачина ты контуженая. У нас с тобой только полчаса, дай хоть синяки обработаю и боль с руки сниму.

Снаружи раздавались деловитые команды Темного паладина. Его наемники не теряли времени даром и готовились к новому штурму.

– Здесь все равно не удержаться, пойду наверх, там у меня еще заряженные арбалеты есть.

– Может, стоит им сказать, что принцесса уже тю-тю? – посоветовал зверек, окончив обрабатывать каким-то зельем огромный синяк на правой руке Федора.

– Незачем, все равно не поверят. Кроме того, чем больше я убью, тем меньше у них будет желания по селам рыскать.

– Как знаешь.

Федор поднялся, боль благодаря мази немного отпустила, но пальцы не слушались, и удержать оружие в правой руке все равно было невозможно.