Ружемант

Обращаться, становиться лучше или… обретать новые способности. Вот «Владыка» этот, да и все оружие, которое сейчас тут есть, — эти роботы уже туда вживлены.

— Ну допустим. Только ни мой револьвер из дома, ни то, что мы рассматривали в магазине, не разрасталось. Не превращалось в Мегатрона, готовое палить во все стороны.

Про Мегатрона она не поняла, по лицу видно.

— Кто-то из ружемантов древности решил идти дальше, — продолжила девчонка. — Улучшили этих роботов. Добавили… больше магии, наверное. Я не очень внимательно слушала в школе. Но суть заключалась в том, что они вызывали неконтролируемые магические мутации.

Я глянул на «Владыку» — вот, значит, зачем андроид решил взорваться на третьем этаже? Нет, если бы целью был оружейный магазин, они бы умудрились всем своим шалманом докатиться. Цель была другой.

— А потом?

— Тоже невнимательно слушал в школе? — ухмыльнулась Белка, отпив от своего стакана, сладко зажмурившись.

Поверженно поднял руки, признавая ее правоту.

— Потом на ружемантов объявили охоту. Везде, где только могли. Говорят, из-за них мы сильно продвинулись в военных технологиях, но сильно отстали в мирных…

Брехня, но мыслей вслух я не высказал. Каждый знает, что однажды придуманное для военных становится игрушкой мирняка в быту. Мобилы, микроволновки… интернет.

— Перебили всех?

— Нет, конечно. Ты же вот остался. Невозможно перебить всех, с этим рождаются. Но мастерство ружемантов сгинуло, после того как они потерпели поражение. Угасло.

Вот оно, значит, как. Ириска предлагала мне в следующий выходной наведаться в библиотеку, отмечая самые значимые из них на карте.

Ладно, не буду загадывать, до них еще дожить надо.

— А моя предшественница… — вновь поднял неприятную тему. В этот раз Белка ответила.

— Снежинка. Настоящего имени никто не знал, очередная придумка Бейки.

— Вы с ней не ладили?

Белка затрясла головой.

— С ней мало кто ладил. Считала себя выше остальных. Гражданин второго класса, элита. Ходили разные слухи, вплоть до того, что она родная сестра командующей.

— А правда… — подстегнул я. Белка пожала плечами.

— Правду никто не знает. Да и не суть. Заносчивая, вредная, жадная. Про нее говорили много и нехорошо.

Мне вспомнились самодельные венки на могиле этой Снежинки. Кто-то же их приносил?

— Продавец, Петр Николаевич, к которому мы ходили. Он не признается в этом, но она ему угрожала.

Ага, вот чего он так затрясся, узнав, что я ружемант. Что ж, я не она.

— Наелась? — спросил у девчонки, когда она покончила с бургером. Протянул ей руку: не вечность же здесь сидеть. — Пойдем?

Она кивнула…

* * *Белка меня стеснялась. Покраснела, встала поодаль. Пыталась руками сдержать края разорванного платья.