Ружемант 5 (СИ)

Смотрел на нее на экране телевизора: девочка умело упрекала чиновников в зашоренности сознания, неумении разглядеть наступившие новые времена. Обещала разрешить энергетический коллапс: не за счет войны за рабов, но за счет перемирия с Российской Империей, налаживания торговых отношений. Что такого может покупать Россия у просветленного Царената? Великолепное оружие, высокоточные станки, лучшее оборудование во всем мире!

Ей пытались угрожать, задавали каверзные и неудобные вопросы. Что случится с армией? Куда девать такую груду автоматических машин, кто их будет содержать? Армию ждали изменения — сокращение финансирования, так и численности в случае перемирия.

Мозг отказывался верить в происходящее. Кто в здравом уме пойдет за Кьяррой? Она говорит правильные вещи, но ведь царенатцы не глупы и прекрасно понимают, что за ней стоит кто-то влиятельный. Он и будет ей править, словно марионеткой.

Хмыкнул, придя к выводу, что мы пытаемся поработить соседнюю страну через маленькую девочку. Ощущал себя коварным злодеем, но на душе было не скверно — как будто бы даже наоборот.

Девчонка ни дня ни сидела на месте. Из одного города в другой. Из пыльных мегаполисов в позабытые богом деревеньки, оттуда на механосборочные заводы, словно намеревалась захапать себе часть роботизированных голосов.

Вербицкий разве что не выл белугой: попал в капкан. Подвластные ему СМИ попытались было рассказывать, что перемирие с Царенатом не может закончиться ничем хорошим, и тем самым начали разрушать старания всей его жизни. «Добрый» дедушка всегда стремился к этому перемирию. Вот только на особых условиях в свою пользу. Да уж, старику точно не позавидуешь…

В какой-то миг почувствовал себя старым пердуном. Сколько раз, в детстве, глядя на деда, размышлял, что никогда не буду, как он: сидеть с газетой в руках, прилипнув к очередному выпуску новостей. И вот теперь делаю все то же самое, пытаясь уловить хоть крупицу нового. Копаясь в мировой сети на пару с Ириской, трижды проклял чертовых рерайтеров: те умудрялись старую, заскорузлую новостенку обратить в сенсацию мирового масштаба. Тут же обращавшуюся пшиком.

Бейка заявилась ко мне с шампанским. На телефон наседала Константа, Тройняшки рвались в окно, с соседнего этажа по балкону мою тишину желала нарушить Белка.

Бутылка с громогласным хлопком лишилась пробки за неделю до Нового года. Праздник был небольшой, тихий, но долгожданный — Кьярра умудрилась захватить умы царенатских граждан. По невесть каким законам ее признали законной правительницей по праву крови. Те, кто раньше ей помыкал, пытаясь склонить на свою сторону, грызли кто локти, кто ногти.

Бейка наливала в бокал дурманящий ум напиток, я пригубил.